— А… кх-м, а документы ваши можно, товарищ? — поинтересовался штатский.
— Конечно… нет, мы же спецагенты. Вы же, как старший тройки, должны понимать, что на задания мы выходим без документов. Если есть вопросы, свяжитесь с товарищем Дзержинским или товарищем Лениным. Оба сейчас в Смольном, подтвердят. К тому же товарищ Клара, — снова кивнул на княжну, — пламенная революционерка из братской Германии. Фатерлянд вас не забудет, товарищи!
Гражданский чел замялся. Видать, фамилии вождя мирового пролетариата и первого чекиста подействовали.
— Вот они! Хватай буржуев! — раздалось со стороны Фонтанки.
Метрах в тридцати в темноте маячат неясные фигуры с «винтарями». Штук десять.
— Выручайте, товарищи! — проговорил Тоха. — Товарищ Клара, уходим!
Настя, похоже, не въехала, к кому он обращается, и посмотрела на него.
— А ну стоять! — гражданский попытался вскинуть «мосинку».
Программер быстро вытащил руки из карманов. Правой с зажатым револьвером круговым движением наружу отвёл штык, левой прихватил «винтарь» у приклада. Сапог попаданца влетел в пах чуваку. Тот, отпустив оружие, рухнул на мостовую, корчась от боли и глухо матерясь. Винтовка стукнулась о мостовую. Что сделала Настя, Тоха не понял, но один из матросов в позе эмбриона скрючился на брусчатке, второй вскинул оружие. Попаданец, не раздумывая, выстрелил в юнита. «Мосинка» вылетела из рук, матрос схватился за правую кисть, вопя благим матом.
— Бежим!
Тоха вспомнил, что его почему-то не берут пули. Наверно, у времени на него особые планы? Может быть. Но сейчас не это главное. Главное то, что к Насте это не относится. Надо закрыть её собой.
Программер трижды пальнул в сторону бегущих, догоняя бегущую девушку. Раздался приглушённый вскрик.
— Давай, родная, быстрей!
Помчались со всех ног. Сзади пальба. Два раза свистнуло возле уха. Несколько пуль, высекая искры, взвизгнув, отлетели от булыжников мостовой. Послышался звон разбитого стекла.
Настя бежит впереди. Тоха старается держаться так, чтоб закрыть Настю и не дать преследователям в неё прицелиться.
Переулок заворачивает вправо. Садовая. На перекрёстке, на фоне горящего костра, три чёрных силуэта со вскинутыми винтовками.
— Стой! Стой, кому говорю, курва!
— Товарищи! — заорал программер. — Мы — рабоче-крестьянская милиция! Нас преследуют! Контрреволюционный мятеж! Нужна помощь!
Они уже промчались мимо обалдевших юнитов у костра, как по глазам ударил свет фар. Тоха резко притормозил, успев схватить Настю. Перед ними остановился автомобиль с открытым верхом.
«Кабриолет, блин!» — мелькнула дурацкая мысль.