И в следующую секунду оказался на земле.

— Ты понял?

— Нет, — честно признался Рысятко.

— Тогда еще раз.

В этот раз мальчик был внимательнее. Удар рухнул на щит, и Рысятко вновь оказался на земле, вот только в этот раз он успел.

— Повернул?

— Да, — довольно кивнул отец. — Каждый дёт так умеет. Вернее, почти каждый. Секрет в том, чтобы принять удар на кромку, а потом провернуть щит. Упадет только новичок, но и опытного воина можно заставить открыться. Никогда не недооценивай щиты. Многие воины поплатились жизнью, следя за одним только оружием. От топора зависит жизнь врага, а от щита — твоя собственная. Пока ты жив, сможешь и убить.

* * *

Трупов врагов оказалось чертовски мало. Когда конница пронеслась мимо, казалось, что вокруг не больше десятка бойцов. Прошла минута — и «Стальные братья» подоспели едва ли не в полном составе.

— Мое! — рыкнул Хугбранд, застолбив за собой один труп.

Простой железный шлем с открытым лицом, сапоги на пару размеров больше и кожаный пояс с двумя цилиндриками из обожженной глины на нем — вот и вся добыча. Оружие уже успели подобрать, а стеганку изорвали мечи и копья.

Открыв один из цилиндриков, Хугбранд ощутил запах мориска — травы, из которой готовили зелья исцеления. В Лефкии ею засаживали огромные поля, и мориск, похожий на коричневые корни толщиной в палец, оплетал землю в плотное многослойное одеяло.

— Вперед! Соберитесь! — раздался незнакомый голос. — Бой еще не закончился!

«Будто от нас есть толк», — подумал Хугбранд.

Но бой закончился. Враги отступили в замок, и «Стальные братья», прошагав еще три мили, разбили лагерь.

Шестую роту расположили с краю. Там Хугбранд нашел «товарищей»: из десятки Толстяка выжили четверо, не считая самого Хугбранда и Армин-Апэна, который исчез сразу после окончания боя.

Сбежавшие бойцы шестой десятки отводили взгляды. Хугбранду было не до них: усевшись на землю, он устало выдохнул и принялся осматривать оружие.

Топор хорошо держался, щит тоже почти не пострадал. Трофейный шлем оказался в отличном состоянии, владелец купил его недавно. С сапогами надо было что-то делать: Хугбранд поднялся и отправился бродить по лагерю «Стальных братьев», пока не нашел того, кто поменялся сапогами на подходящие по размеру.

Когда Хугбранд вернулся к десятке, там уже был Армин-Апэн.

— Их было триста. Сотня всадников и две сотни пехоты. И они разбили не только нашу и пятую, но и третью с четвертой.

Хугбранд покачал головой.

Трех сотен хватило, чтобы опрокинуть почти две тысячи «Стальных братьев». Наемников Дитриха Удачливого нельзя было назвать не то что армией, а даже отрядом. «Стальные братья» подходили только для того, чтобы для виду стоять на поле боя, пугая своим числом.