— Это Хатуль, — сообщает мне Аф’и’лар, явно опасаясь малышку. — Их раса была полностью уничтожена около тысячи лет назад, потому что представляла из себя страшное оружие.

— Что вы имеете в виду? — интересуется Серёжа, а я просто улыбаюсь маленькой и глажу её по голове между ушками, что очень нравится Маришке. Рядом сидит улыбчивая Алёнка, подсказывая мне, как правильно обходиться с малышкой.

— Хатуль — смертельно опасные существа, — вздыхает Аф’и’лар. — Они попадают на планету в таком вот виде, приобретают черты живущих там, а потом вырастают и начинают убивать.

— Серёжа, — говорю я ласковым тоном, всё уже поняв, — вспомни, Афаил не могут принять чужого ребёнка даже своей расы. Что будет, если такую лапочку не любить? Представь, некая кукушка…

— Я понял, — кивает мне любимый, начиная объяснять Аф’и’лару то, что поняли и мы уже. — Если представить, что некая раса не способна воспитать своих детей по той или иной причине, подкладывая их другим разумным, тогда получается, что это не нападение, а…

— А спасение, только вот мы не способны принять чужое дитя… — всё понимает адмирал. — Целая раса уничтожена из-за непонимания…

Несмотря на то, что с тех пор прошло много лет, Аф’и’лар искренне переживает это, я вижу. Но при этом он принимает мою догадку как истину в последней инстанции. Интересно, почему так? Непонятно. При этом Маришка продолжает есть, полностью сосредоточившись на этом процессе. Кажется, даже ушки её при этом становятся меньше.

— Она адаптант, — объясняет мне сестрёнка. — Это значит, что скоро её будет не отличить от наших детей. При этом она полностью адаптируется к нормальной физиологии, а так как ей едва-едва годик…

Я понимаю, что хочет мне сказать Алёна. Бал и школа подождут пару циклов, потому что без меня на первых порах Маришка не сможет. Значит, это решилось и незачем думать лишний раз. Нужно теперь понять, как сделать так, чтобы Маришка приняла кого-то ещё, а не только меня и Серёжу. В конце концов, я сама ещё ребёнок, у меня школа впереди… надо будет спросить мамочку, потому что она всё-всё знает! Ну а пока мы на всех парах идём домой.

Но тут к Аф’и’лару подходит другой разумный, отличающийся для меня только цветом глаз. У него они ярко-синие, и это, судя по всему, что-то означает. Так вот, этот новый представитель расы что-то показывает адмиралу, явно задав вопрос, на что Аф’и’лар кивает, обращаясь затем к нам.

— Наши инженеры, — произносит он, — обнаружили кристалл с записью, желаете ли вы, чтобы мы включили её или…

— Включайте, — улыбается Серёжа, обняв меня покрепче.