Таисия предусмотрительно выключила духовку, достал противень с румяными булочками и поставила их на буфет. Конечно, я смотрел на нее во все глаза: как она наклонялась, как убирала волосы со лба, как отточенными движениями смазывала выпечку топленым маслом… Чудесный аромат волнами расходился по кухне, вышибая из головы все серьезные и несерьезные мысли.

Наконец, девушка закончила с неотложными делами, оправила фартук и посмотрела мне прямо в душу своими зелеными глазищами:

— Давай, Белозор, рассказывай свои новости. Начинай с не очень плохой и потом — по нарастающей.

Я собрался с духом:

— Ну, в квартиру мы пока не вернемся… Там ремонт нужен. Ничего ужасного — новый коридорный гарнитур нам скоро привезут и диван тоже — я с мебельщиками договорился, вот два часа назад в Дубровицу звонил…

Правая бровь Таси взлетела вверх, удивленно изогнувшись.

— И сковороду новую я уже купил, точно такую, как и была…

Вверх взлетела и левая бровь.

— Ну, в общем, недельку тут поживем еще, ничего же страшного? Там шабашники ремонт доделают как раз…

— Гера-а-а? — ее глаза постепенно наливались крыжовниковым оттенком, и с этим срочно нужно было что-то делать!

— Тася-а-а, а в пятницу мы расписываемся, так что завтра вечером Моня с Абрашей приедут — у них есть всё для платья, только нужно подогнать!

— Ох! — только и сказала Тася.

А потом в ее глазах заплясали бесенята:

— А ты купишь себе тот вельветовый костюм из комиссионки! И не спорь со мной — он сел на тебя просто отлично, просто ты бяка и не захотел его покупать!

— О, черт! — воздел я руки к небу. — Только не это!

Но, напоровшись на крыжовникового цвета взгляд, подумал, что вельвет — это, в принципе, не так уж плохо. По крайней мере, в нем будет тепло. Наверное.

* * *

Церемонию в ЗАГСе я не особенно запомнил. Кажется, тетенька-регистратор даже была огорчена тем, что мы наконец-то поженились: теперь черта с два ей кто-то подрядится таскать коньяк и шоколад целый месяц просто за то, что она придерживала документы!

— … корабль семейной жизни будет бороздить море любви, обходя подводные камни житейских неурядиц…

Господи, что за дичь она несла?.. Но на самом деле на это было наплевать: Тася была просто великолепна! Моня и Абраша превзошли сами себя, изобразив самое несвадебное из всех свадебных платьев: ультрамаринового цвета, в пол, выгодно подчеркивающее то, что нужно подчеркнуть и открывавшее то, что прилично открыть. Никаких сложных причесок и начесов — Морозовой это всё было не нужно. Ну, а серьги и кулон я, наконец, подарил сам — это были афганские лазуриты, оправленные в золото очередным гениальным дубровицким евреем — на сей раз, конечно, ювелиром.