Итак, я был облачён в серую пижаму, на руке висели перекинутые остатки плаща, в свёртке под ним — револьверы, а мой внешний вид не имел ровно никаких следов от утреннего столкновения.
Машина подкатила к моей калитке. Я переждал, пока удалится одна из многочисленных соседок, совершающих в это время вечерний моцион, поблагодарил шофёра Пирсона и быстрым шагом скрылся за разросшимися кустами.
— Заехать за тобой⁈ — крикнул мне вслед Джерри, приоткрыв автомобильную дверцу.
— Не надо, я вызову такси!
Я поспешил скрыться в доме, пока на наши вопли не сбежалась поглазеть половина улицы.
— Всеблагое небо! — всплеснула руками экономка, едва я вошёл. — Мистер Уильям! Что с вашим плащом⁈
— Издержки службы, миссис Этвилл, — усмехнулся я. — Прошу, выбросьте это. А! Чуть не забыл, в одном из карманов режущий предмет, положите его на тумбочку в моей комнате. Надеюсь, у меня найдётся что-нибудь приличное, в чём можно пойти на юбилей шефа?
— Конечно! Конечно, мистер Андервуд! В вашем платяном шкафу всё в самом достойном виде…
Нет, мне решительно повезло с экономкой.
— А ужин?
— Сейчас — нет, уже тороплюсь. Но приберегите его для меня, миссис Анна. Кто знает, какими разносолами будет встречать нас миссис Митчелл.
Я думал, что удачно пошутил — уж на человеческом юбилее не придётся столкнуться со сложностями, подобными тем, которые мы с Джерри переживали при посещении эльфийского дворца.
Знал бы я, как ошибаюсь!
Глава 16 ЮБИЛЕЙ
СКРОМНО, НО СО ВКУСОМ
Такси, без сомнения — великое изобретение человечества. Я был благодарен уже за то, что таксист прекрасно знал адрес проживания главы Департамента по противодействию нечисти. Адрес, выяснить который я, признаться, совершенно забыл.
Семейство Митчеллов не кичилось богатством, и дом их выглядел довольно скромно, занимая пространство более ввысь, чем в ширь. Этакий трёхэтажный джентльмен, не стремящийся потеснить соседей локтями. Сейчас он был озарён множеством праздничных огней (также, как окружающий его небольшой садик), а над парадным входом красовалось написанное на длинном полотнище поздравление: «С ЮБИЛЕЕМ, ДУГЛАС!»
К моему удивлению, дежурящий на входе швейцар узнал меня и поздоровался по имени, принимая трость и шляпу. Я вошёл в просторный приёмный зал. Вокруг гудела нарядная толпа, в которой я решительно никого не узнавал. Как всё-таки швейцарам и подобным им служащим удаётся ориентироваться в целом море гостей, ума не приложу. Впрочем, это, верно, тоже определяется экзаменом на профессиональную склонность?
Тут я не к месту припомнил аттестованных сотрудниц элитного борделя, в который водил меня Джеральд. Видение оказалось столь ужасным и при этом прилипчивым, что мне пришлось встряхнуть головой, чтобы отогнать его.