Дефрагментация настолько потрясла Джума, что он испугался открывшейся перспективы, собрал разрозненные куски своего «я» и вернулся в структуру, условно именующуюся сознанием. Мир сузился, но продолжал манить своими возможностями.
Что со мной?
Вопрос не адресовался кому-то конкретному, но психоптицы решили ответить.
Неужели ты думаешь, что скрытые ментальные способности — исключительная прерогатива Системы? Мозг паранорма — это инструмент. Вот только инструменты не имеют смысла при отсутствии сырья. Мы управляем сырьем в промышленных масштабах. И мы умеем распоряжаться этими дарами. Смотри.
Незримый вихрь подхватил генерала и вынес в крохотную деревушку, пристроившуюся к горному склону. Грубые двухэтажные дома, сложенные из неотесанных камней. Террасы балконов, подпираемые массивными деревянными балками. Кривые улочки, усыпанные щебенкой. Крыши домов были черепичными, над ними возносились ржавеющие спутниковые тарелки. Домики жались друг к другу, карабкались по скалистым уступам вверх, нависали над соседними крышами. Непостижимым образом Джум слышал звуки — бренчала посуда, блеяли овцы, смеялись дети. Мужчины переговаривались на неведомом языке. Добавился широкий спектр запахов. Готовящаяся еда — что-то острое, мясное, перемешанное с дымом костра. Вонь от навозных куч, громоздившихся прямо во дворах. Свежескошенная трава, бензин, выпечка и много чего еще — забытого, не встречающегося на пути простого кочевника.
Так выглядит оседлая жизнь, понял Джум. Вековой патриархальный уклад, бремя традиций, остановившиеся эпохи.
Кавказ?
Чили?
Один из наших протекторатов.
Вот как вы это называете. Повеяло чем-то колониальным. Вряд ли это Кавказ — тамошние территории контролируются Стержнем.
Внимание привлекла группа детей, играющих перед воротами просторного трехэтажного дома. Поначалу Джум решил, что малыши гоняют мяч или бросают фрисби. Первое впечатление оказалось обманчивым. Мяч действительно перемещался по воздуху, вот только дети к немуне прикасались . Это был потрепанный футбольный мяч, доживающий свои последние дни. Малыши смотрели на него и даже не пытались протягивать руки. Их было шестеро. Маленькая девочка с заплетенными в две косы курчавыми волосами. Крохотный паренек, едва научившийся ходить — на вид ему было около полутора лет. И четверка шестилеток, которым уже полагалось учиться в начальных классах — если бы они, конечно, жили в Анклавах. Детвора разделилась на противоборствующие команды по три человека в каждой. Игроки по очереди перехватывали контроль над мячом и пытались зашвырнуть его в распахнутые ворота. Ничего подобного Джуму еще не приходилось наблюдать в жизни.