Работали молча, сжав зубы и сосредоточившись на примитивном занятии. Машинка-автомат, подрубленная к домашней вещевой сети, осталась приятным воспоминанием. О благах цивилизации теперь придется надолго забыть.
Ботинки сохли долго.
Пришлось выставить на плиты двора — там, где солнце нещадно жарило гранит.
По дому устранитель ходил босиком.
Туэйн вернулся из рейда с кучей консервных банок, носков, поношенных, но чистых футболок, вилок и ложек. Консервы с вилками подпольщик приволок на балкон второго этажа — туда, где сидел Ки. Разложил на столе вместе с бумажными салфетками.
— А тарелки есть? — поинтересовался устранитель.
— Куча, — усмехнулся Туэйн. — Иди и возьми, если надо.
Подумав, Ки решил есть прямо из банки. Мышцы болели, кое-где проступили кровоподтеки. Хотелось просто отдохнуть и никуда не спешить. Наверное, он выбрал не ту профессию много лет назад.
В банках обнаружились тушенка, рыба в томатном соусе, красная фасоль и зеленый горошек.
— Это же рейдерские консервы, — заметил устранитель, рассматривая этикетку. — Произведено в Севастополисе.
Туэйн пожал плечами:
— Всё свежее. Я прогулялся по домам… Ощущение такое, что их покинули недавно. Полгода назад — максимум.
Ки задумался.
— Хочешь сказать, это жилое поселение?
— Уже нет.
Маша и медведи.
Несколько минут ели в тишине.
— И? — не выдержал Туэйн.
Устранитель положил вилку рядом с утопающими в томате анчоусами. Похоже, назревал откровенный разговор.
— Между нами неразрешенный спор, — продолжил Туэйн, глядя на бывшего врага. — Что ты намерен делать теперь, когда мы оба в безопасности?
— Нет, — грустно улыбнулся Ю Ки, — мы не в безопасности.
— Я не вижу тут никого, кроме нас.
— Я тоже. Пока.
— Долбаный параноик.
— На себя посмотри. Ты хоть помнишь свой истинный облик?
Секунду казалось, что Туэйн бросится в драку. Но этого не произошло. Посланник смерил устранителя ненавидящим взглядом и продолжил есть. Вопросы повисли в воздухе, требуя ответов.
— Ты волен идти, куда хочешь, — заявил Ки. — Я не стану тебя убивать. И вообще… я не стану возвращаться в Управление.
Туэйн чуть не подавился куском рыбы.
— Уходишь из Системы?
Устранитель кивнул.
Туэйн недоверчиво смотрел на собеседника, не в силах поверить услышанному.
— Но это же всё, что ты умеешь. Убивать инакомыслящих, стирать следы их присутствия из реальности, и всё такое. Сколько лет тебя готовили?
— Много.
— И всё же?
— С пятого класса.
Впервые за всю свою жизнь Ю Ки ужаснулся. Да, он был маленьким мальчиком, когда в него стали внедрять мысль о необходимости уничтожения асоциалов. Не всех, но радикально настроенных по отношению к действующей власти. Это ведь, в сущности, неправильно. Ребенок не должен задумываться о смерти. И мечтать о карьере безжалостного убийцы.