И тогда власти приняли нестандартное решение. Забросить специалиста устаревшим способом, отказавшись от телепортации.

Ми-26 завис над степью, прикрывшись зданием железнодорожного вокзала. Мощный поток воздуха хлестал по земле, пригибал траву, пускал концентрические зеленые волны. Коптером управляла навигационная нейросеть, поэтому высота сброса трициклов была просчитана до сантиметра. Разомкнулись магнитные захваты — и машины отвалились от подвески. Мягко самортизировали от примятой травы всеми тремя колесами. Четыре байка экспедиционного образца. Тут же из кабины выскочила четверка десантников. Коптер не стал ждать — вертикально ушел в небо, накренил переднюю часть корпуса и, продолжая рубить винтами серые сумерки, устремился к железнодорожному полотну.

Люди сели на байки.

Моторы взревели, из-под колес вылетели комья земли, перемешанные с травинками и утренней росой.

Трициклы на бешеной скорости помчались к Рубикону. Впереди ехал особый специалист, имя которого было засекречено. Этот паранорм обладал уникальным даром, о существовании которого в природе большинство людей не догадывалось. Эскорт был сформирован из десантников-универсалов, прошедших боевую подготовку в глубоких рейдерских экспедициях. Десантники охраняли специалиста. Перед ними была поставлена задача — обеспечить отступление, если что-то пойдет не по плану. Телепортировать лидера в Анклав Хаузера и помешать паранормам противника, если те отважатся на преследование.

Байки за пару часов домчали десантную группу до лесного массива, обступившего Рубикон.

Особый специалист выбрал для операции пологую возвышенность, окруженную развалинами пятиэтажных зданий. На вершине холма располагалась гранитная стела с барельефами неведомых героев прошлого. Герои рвались в атаку, их лица были перекошены от криков и ненависти. В руках герои держали оружие — винтовки со штыками, автоматы с круглыми магазинами и связанные вместе гранаты. На гранях стелы присутствовал текст, но связать истершиеся буквы в предложения не представлялось возможным. Сооружение опасно накренилось, что напомнило особому специалисту Пизанскую башню. Накренилось, но не рухнуло.

Трицикл остановился рядом с памятником.

Специалист заглушил мотор.

Эскорт растворился в лесной глуши, выбирая надежные укрытия. Лес снова окутался тишиной и спокойствием. Несколько томительно долгих минут специалист прислушивался к звукам природы, втягивал ноздрями чистый, незагазованный воздух.

И наблюдал.

За перемещениями патрульных групп вдоль стены. За снайперами на крышах домов. За бугрящимися черными полипами, выбирающимися из земли на юго-западных окраинах. Полипы возникли за пределами защищенного периметра, там, где человеческих поселений не было. Эти штуки пульсировали, ветвились, поглощали грунт, растения и даже солнечные лучи. Полипы распространяли волну удушающего страха, который гнал зверье прочь от Рубикона, вынуждая мигрировать целыми колониями, стаями и косяками. Даже мертвецы и некромутанты куда-то исчезли, поддавшись общим настроениям. А, может, их попросту зачистили обитатели лагеря…