От самого сада тут мало что осталось. Как рассказал мне Горчаков, после Перехода именно это место определили под магические поединки. В связи с чем Румянцевский обелиск, посвященный в честь побед воинов в русско-турецкой войне перенесли в… Блин, уверен, что Илья мне точно говорил куда именно, но из головы вылетело.

Также демонтировали два фонтана, вырубили большую часть деревьев и соорудили деревянные трибуны вокруг вытянутой арены. Признаться, мне, привыкшему к железу и бетону, было боязно подниматься по ним. Но Дмитриева убедила, что прочность перед поединками чести несколько раз проверяли.

Поединки чести на этом Ристалище состоялись лишь однажды. Нынешний раз должен был стать вторым. Именно поэтому, учтя предыдущие ошибки, расширили саму арену, заменили часть трибун и добавили новую.

Что до Императора, то Романов мне понравился. Статный, красивый, опять же, с усами. Он сидел, по всей видимости, с женой, степенно что-то ей рассказывая. Супруга слушала вполуха, постоянно рыская взглядом в толпе, словно искала кого-то. По правую руку от Императора находился сам Максутов, в мундире Главноуправляющего Третьим Отделением, и знакомый мне Разумовский. Те напротив, сидели не шелохнувшись и даже не разговаривали. В отличие от моих друзей.

— Едрена-кочерыжка, я тут никогда не был, — шептал мне возбужденный Макар. — Обычно, если повезет, на дерево куда-то залезешь. И слушаешь. Разве что увидишь? Че думаете, убьют кого-нибудь сегодня?

— Надеюсь, что нет, — с тревогой ответил Горчаков.

— Я думал, что это вроде потешных боев. Маги здесь пар выпускают и все такое.

— Да, но бывают разные случаи, — с прохладкой заметила Дмитриева, словно речь шла о какой-то пустяковине.

Я разглядывал сооруженные для мероприятия трибуны. Надо сказать, умеют строить. Сколько тут сейчас собралось? Счет явно шел на тысячи. Весь цвет общества. Дамы в мехах и украшениях, господа в мундирах с наградами и сверкающими в свете волшебных подвесных фонариков, их отпрыски, некоторые глядящие на окружающих с важным видом, другие с любопытством пожирающие каждый клочок арены. Все-таки и среди аристократов были разные дети.

Внизу ожидали начала Ристалища те самые маги, которые решили выяснить свои отношения на арене. Признаться, я никого из них не знал. Да и трудно было разглядеть участников из-за постоянно проходивших мимо людей.

Возле претендентов я заметил несколько лекарей. Как определил? Среди них стояла моя старая знакомая. Точнее, она вообще не была старая, но точно знакомая. Та самая Варвара Кузьминична, с которой мне доводилось два раза встречаться.