— Как вы можете это есть? — скривился Горчаков.

— А че? Нормальная жрачка, — пожал плечами Макар, тут же поглядев на девушку. — Прошу прощения, еда.

— Да, бывало и хуже, — поддержал его я.

— Видимо, в вашем мире с продуктами все не так уж хорошо, — ковырнула с некоторым сомнением тушеную капусту Лиза.

— Ага, так плохо, что мы снабжаем вас всей едой, — ухмыльнулся я.

Что интересно, я до сих пор называл этот мир «ваш», а тот, покинутый, «мой». Ничего с собой не мог поделать. Да, может, и не надо было ничего делать. Не стоит забывать кто я и зачем здесь нахожусь. Думаю, в скором времени доблестные разведчики все же спросят свое.

— Ладно, надо, значит, надо, — зачерпнула вилкой тушеную капусту Лиза. — Если сейчас не поесть, после фельдфебеля с ног валиться будешь.

Это правда. Фельдфебель, хромой военный с мрачным выражением лица, в гробу видел все титулы и звания. И муштровал нас, как самых настоящих солдат. Мы, например, могли по полчаса стоять спиной к стене для выправки осанки. А если он не дай бог почувствует запах сигарет (некоторые из учащихся баловались), то все занятие мы будем бегать, нарезая круги по внутреннему двору.

— Эй, иди сюда, — прозвучало совсем рядом. Буквально у соседнего стола.

Я дернулся, ожидая, самого худшего. Но оказалось, что несколько аристократов перегородили путь одному из юнкеров, худенькому низенькому пацану в круглых очках. Заметив мой взгляд, один из них злобно зыркнул и стал говорить тише. И судя по выражению очкарика, приятного в его словах было мало.

Я внимательно рассматривал троицу. Заводила у них крепкий и высокий пацан лет восемнадцати. Рядом тощий и чуть ссутулившийся парень с торчащими передними зубами и длинным кривым носом. Про себя я ему и кличку придумал — Крыса. Последний был огромным амбалом. Даже идеально подогнанный мундир не мог скрыть его живота. Что интересно, его я как раз вспомнил. Он шел на экзамене аккурат передо мной. Зубарев, четвертый ранг.

— Это не наше дело, — негромко произнес Горчаков. — Николай, двое там шестеранговых, а один вообще пятерка.

— Четверка, — поправил его я. — Зубарев. И разве я куда-то лезу?

Для убедительности даже пришлось пожать плечами.

Лиза закусила губу, явно не от умопомрачительного вкуса тушеной капусты, но промолчала. Так бы и это незначительная чужая стычка и прошла мимо меня, если бы аристократ не сказал напоследок уже громче, чуть издеваясь.

— Не сбежишь? — спросил заводила.

— Я вас не боюсь, — с вызовом произнес очкарик. — И готов отвечать за свои слова.

Хотя голос и весь его вид говорил об обратном. Пацан чуть ли не дрожал.