— А теперь…

Не снимая книги с головы и сохраняя абсолютно серьёзное выражение лица, я перевёл взгляд на единственную вазу в комнате, где стояла одинокая белая роза.

Я снова сконцентрировался. «Сдвиг». Две точки. Одна — в вазе. Другая… в её руке, которая безвольно висела вдоль тела. Это было сложнее. Цель была маленькой, хрупкой, и она была рядом с живым человеком.

Снова тихий хлопок. Бух!

Анастасия вздрогнула. В её руке, которую она опустила, внезапно материализовалась белая роза. Идеальная, с каплями воды на лепестках.

Она ошеломлённо посмотрела сначала на цветок, потом на пустую вазу, потом снова на меня. Я всё так же стоял перед ней с книгой на голове, глядя на неё с лёгкой, вопросительной улыбкой.

— Маленький презент от меня, — сказал я как можно мягче.

Всё. Это её добило.

Её ледяная маска не просто треснула, она разлетелась на тысячи осколков. Она смотрела на цветок в своей руке, и я увидел, как её губы дрогнули. Она быстро, почти инстинктивно, спрятала розу за спину, словно боясь, что её кто-то увидит.

А потом она сделала то, чего я никак не мог предвидеть.

Она рассмеялась.

Не вежливо, не сдержанно. А по-настоящему. Тихо, сдавленно, прикрыв рот рукой, словно не в силах сдержать этот порыв. Её плечи тряслись. Она смеялась, как девчонка, которой рассказали самую смешную и самую глупую шутку на свете.

Она смеялась пару секунд, а потом так же резко оборвала смех и снова стала серьёзной. Но её глаза… её глаза были другими. Лёд в них растаял, и теперь в них плескалось смятение, интерес и что-то ещё, чего я не мог понять.

— Вы… — сказала она, с трудом подбирая слова. — Вы… сумасшедший.

Она всё ещё прятала цветок за спиной.

— Всё именно так, как вы сказали! — воскликнул я, и моя улыбка стала ещё шире. — Сумасшедший княжич Воронцов! К вашим услугам, мадемуазель!

И, не снимая книги с головы, я начал пританцовывать. Нелепо, неуклюже, переступая с ноги на ногу, как медведь на ярмарке. Это было чистое безумие.

— Да будет наш брак наполнен любовью, счастьем и таким вот искренним смехом, какой вы только что издали! — провозгласил я, продолжая свой абсурдный танец.

Анастасия смотрела на меня, и её лицо было полем битвы эмоций. Шок, недоумение, ужас от моего поведения и… плохо скрытое веселье, которое она отчаянно пыталась подавить. Она закусила губу, чтобы снова не рассмеяться.

Она не знала, как реагировать. Ничто в её безупречном воспитании не готовило её к… такому.

В этот момент, на пике моего «танца», тяжёлый том «Истории Великих Родов» потерял равновесие и с оглушительным грохотом шлёпнулся на пол.