Я тяжело вздохнул, провёл рукой по волосам.

— Так… Ясно… Это очень неожиданные новости.

Я прошёлся по комнате, пытаясь собрать мысли в кучу.

— Я сбит с толку, но… ребят, подумайте сами. Разве она стала бы оставлять такой очевидный след? Она же не дура. Я видел её… — я на мгновение запнулся, вспоминая её настоящий, испуганный смех. — Я не знаю. Она не похожа на того, кто может убить. Просто… кому-то выгодно сейчас подставить её Род.

Или подставить меня, — мелькнула мысль. Сделать так, чтобы я думал, что это она. Я вспомнил холодный взгляд своего «отца». Это было в его стиле.

— Чёрт… — я посмотрел на них. — А сами вы что об этом думаете?

Лина покачала головой.

— Я не знаю, что и думать. Да, это очень похоже на её магию. Но мотив? Зачем ей убивать простого наёмника? Это бессмысленно.

— Не бессмысленно, — возразил Дамиан своим ровным, аналитическим тоном. Он подошёл к моему столу и опёрся о него. — Это — послание. Как и твоё, Воронцов. Только твоё послание было «не лезьте ко мне». А это послание — «не смейте меня подводить». «Химеры» провалили задание. Их магистр получил от тебя живое напоминание об этом. А потом кто-то… убрал одного из свидетелей провала. Очень жестоко и демонстративно. Чтобы второй испугался и замолчал навсегда.

Он посмотрел на меня.

— Вопрос не в том, могла ли она. Вопрос в том, сделала ли она это сама, или это сделал кто-то из её Рода, чтобы «зачистить» следы и показать силу. Голицыны всегда славились такими методами.

В этот момент мы все одновременно это почувствовали.

Резкое, ледяное похолодание. Воздух в моей комнате, до этого тёплый, вдруг стал морозным. Графин с водой на столе покрылся ледяной корочкой.

Мы переглянулись.

А затем в дверь моих апартаментов снова постучали.

Один-единственный, чёткий, властный удар. Тот самый, который я уже слышал.

Анастасия Голицына. Она пришла снова. Без предупреждения.

— Отопление, что ли, отключили? — прошептал я с сарказмом, чувствуя, как по коже бегут мурашки от холода. И тут же понял, что они вряд ли поймут эту шутку.

Стук в дверь прозвучал как удар гонга.

Я посмотрел на Лину. Она стояла бледная, её глаза были широко раскрыты от страха и неожиданности. Она была слишком взволнована. Анастасия тут же это «прочитает».

Действовать нужно было мгновенно.

Я сделал шаг к Лине и, прежде чем она успела что-либо понять, приложил ладонь к её лбу. Резкая, отточенная за последнюю неделю концентрация.«Маска Покоя» .

Я почувствовал, как тончайшее плетение окутывает её лицо. Она вздрогнула от неожиданности, но её лицо тут же разгладилось, приобретая спокойное, непроницаемое выражение.