— Мне вот что интересно… А на что ещё он распространяется? Ты можешь, например, почувствовать… не знаю… ловушку? Или скрытую дверь? Или, может, ты можешь «увидеть», как работает чужое заклинание? Что ещё ты теперь умеешь, чего не умел раньше, Алексей Воронцов?

Она задавала вопросы быстро, один за другим, не давая мне времени на раздумья. Она смотрела на меня не как на парня, а как на уникальный феномен, который ей не терпится изучить.

Я всё ещё пытался прийти в себя после встречи с домовым. Её вопросы, быстрые и острые, как иглы, доносились до меня словно сквозь вату. Ловушки, скрытые двери, чужие заклинания… Голова шла кругом.

— Так, так, так! Погоди. Спокойно, — я поднял руку, останавливая её словесный поток. — Я пока сам ещё ничего не понимаю. Честно.

Я посмотрел на неё, стараясь, чтобы мой вид был как можно более измученным. Впрочем, играть особо не приходилось.

— Но, если вдруг пойму, я тебе обязательно сообщу. Без обид, просто… немного поплохело что-то. Слишком много вопросов на один квадратный метр.

Я медленно обвёл взглядом её мастерскую, забитую до отказа артефактами и инструментами. Затем снова посмотрел на Лину.

— Слушай, ладно… пойду-ка я. Мне нужно просто… немного полежать. Ладно? Не обидишься?

Моя просьба была искренней. Мне действительно нужно было уединение, чтобы переварить всё, что произошло за это утро.

Выражение научного интереса на лице Лины тут же сменилось сочувствием.

— Ой, конечно, иди! — она даже немного смутилась. — Прости, это я со своими допросами… Увлекаюсь иногда. Тебе и правда надо отдохнуть.

Она проводила меня до двери своей мастерской.

— Если что-то понадобится — просто постучи. Ну, или покричи. Звукоизоляция тут так себе.

— Договорились, — я выдавил из себя слабую улыбку и вышел в общую гостиную.

Дверь в мои апартаменты, слева от камина, была прикрыта. Я подошёл к ней, на мгновение задержался, собираясь с духом, и толкнул.

Я ожидал увидеть что-то похожее на палату в лазарете или, в лучшем случае, стандартную студенческую комнату. Но то, что я увидел, снова заставило меня замереть на пороге.

Это были не просто «комнаты». Это была полноценная квартира. Прямо передо мной была просторная гостиная с удобным диваном, письменным столом и камином, точь-в-точь как в общей зале. Слева виднелась дверь в спальню, справа — в ванную. Но что поразило меня больше всего — это стена напротив входа. Она была стеклянной.

И за этим стеклом не было неба. За ним была… бездна.

Чёрная, бархатная пустота, в которой медленно, величественно вращались далёкие галактики, туманности и звёздные скопления. Яркие, разноцветные, они плыли в этой черноте, как диковинные рыбы в океане. Это был балкон, парящий в открытом космосе.