К нам постоянно приставали. Расспрашивали про Клыка и Шишимру, которые, кстати, вовсю хозяйничали у лотка с орехами. Спрашивали, не прячусь ли я в лесу из-за внешности, уверяли, что это «некритично» и предлагали приехать в Академию. Я отмалчивалась, а Миран отгонял самых назойливых.

Когда он устал это сделать и предложил мне отойти в уединенный уголок, Веста проницательно бросила нам вслед:

– Она не маг. Обычный человек, наделенный силой колдовать. Вдобавок на ней явно проклятие от волшебного существа…

– Ум – это не всегда умение делать выводы. – Миран сердито зыркнул на нее. – Иногда это еще и умение их попридержать.

Веста потупилась, а у меня перехватило дыхание. Неужели они все поняли? Догадались?..

Он утащил меня за самый большой шатер. Нас почти не было видно, но сюда долетали музыка и смех.

– Прости за них, – вздохнул Миран. – Любопытные, как котята.

– Ничего, – буркнула я, глядя на огни ярмарки, которые расплывчато мерцали сквозь ткань шатра.

Он прислушался к мелодии, ставшей более плавной, и внезапно потянул меня за собой.

– Потанцуем?

– Я… не умею, – растерялась я. – Движений не знаю.

– Не страшно. Я тоже.

Мы закружились в танце. Сначала неуклюже, наступая друг другу на ноги. Но затем музыка подхватила нас, даровав синхронность движений. Она пульсировала в крови, подчиняла чарующему ритму. Миран держал меня за талию, его рука была твердой и уверенной. Я забыла о своих когтях, о красных глазах, о годах вынужденного одиночества. Было хорошо. Очень!

Тогда он наклонился и поцеловал меня.

Нежно, осторожно. Совсем не так, как я могла бы представить, – не огненная буря, не всепоглощающий пожар. Теплое и ласковое прикосновение его губ к моим. Во мне все перевернулось, затрепетало, как пойманная в силки птица. Миран ни капли не привирал?.. Действительно считает меня… красивой?

Когда он отстранился, я стояла, не в силах вымолвить ни слова. Чтобы сгладить неловкость и нахлынувшее смущение, нервно пробормотала:

– Нет, условие снятия проклятия вовсе не поцелуй.

Миран рассмеялся, и его глаза сощурились.

– Я тебя поцеловал не поэтому.

И снова обнял меня, уже не для танца, а просто так. Я прижалась к его груди. Вокруг бушевало веселье, искреннее и уютное. Даже звери, мои верные предатели, присоединились: Клык с важным видом выпрашивал угощение, а Шишимра, усевшись на плече какого-то студента, стрекотала в такт музыке.

До праздничной полуночи, до вскрытия подарков оставалось полчаса. Взмыли ввысь первые огоньки – волшебный салют. Искристые брызги рассыпались по темному небу, окрашивая его в желтые, зеленые, красные цвета. Все ахнули, подняв головы.