Я убрал руку с засова.

Прагматик победил. Поход к ручью в одиночку, без прикрытия, без оружия, с больным сердцем и таймером на сто двадцать часов, это не смелость — это глупость, которая убьёт и меня, и Алли, и всех, кого я ещё мог вытащить.

Варган вернётся. С Лозой или без, но вернётся. Он обещал, а Варган из тех, кто слово держит, даже если для этого приходится тащить на себе тело через двенадцать километров Подлеска.

А пока подготовка. Всё, что можно сделать без четвёртого компонента, нужно сделать сейчас.

Я вернулся к столу.

Горшок с мёртвым Жнецом. Снял крышку и осмотрел тварь. Высохшее тельце лежало на дне, поджав шесть лапок к брюшку. Панцирь серо-бурый, с тонкими трещинами от обезвоживания. Жала втянуты под головной щиток. Система оценивала пригодность в семьдесят восемь процентов, деградация биоактивных компонентов при высыхании.

«Анализ биоматериала. Детальный».

[АНАЛИЗ БИОМАТЕРИАЛА: Коровый Жнец]

[Статус: Мёртв (обезвоживание, 4–6 дней)]

[Ключевые компоненты для антидота:]

[— Железы яда (под головным щитком): сохранность 81%]

[— Гемолимфа (полость тела): частично кристаллизована, сохранность 64%]

[— Хитиновый панцирь: инертен, алхимической ценности не имеет]

[Рекомендация: Экстракция желёз яда — основа для создания антитела. Метод: вскрытие, отделение желёз, растворение в тёплой воде (40–50°С)]

Я перечитал рекомендацию дважды. Экстракция желёз. Вскрытие. Отделение.

Руки вспомнили раньше, чем голова. Организм размером с кулак, с хитиновым панцирем вместо кожи и жалами вместо зубов.

Костяной нож — промыть. Кончик тонкий, острый, сойдёт за скальпель.

Я расстелил на столе чистую тряпку, положил на неё Жнеца и перевернул брюшком вверх. Шесть поджатых лапок торчали вверх — сухие, ломкие. Брюшко было мягче панциря, мембрана между сегментами подсохла, но не задеревенела.

Кончик ножа вошёл в мембрану между вторым и третьим сегментом. Тихий хруст. Я провёл разрез вдоль центральной линии, раздвинул края.

Внутри сухо. Гемолимфа кристаллизовалась в мелкие янтарные зёрна, облепившие стенки полости. Мышечные тяжи, соединявшие лапки с корпусом, ссохлись до волокон, но в верхней части, под головным щитком, я нашёл то, что искал — две железы, каждая размером с просяное зерно. Бледно-жёлтые, чуть прозрачные, с тонкими протоками, ведущими к жалам. Ядовитые мешочки, в которых хранился нейротоксин.

Они целы — высохли, но не разрушились. Оболочка держала содержимое, как оболочка капсулы.

Я отделил обе железы кончиком ножа и переложил в маленькую глиняную плошку. Залил тёплой водой из фляги ровно столько, чтобы покрыть. Через час содержимое размокнет и даст экстракт — не идеальный, не свежий, но рабочий.