Импульс «свой». Первое слово на Языке Серебра, знакомое камню как собственный пульс. Побег дрогнул под пальцами, и его бордовое свечение ослабело. Три секунды, и стебель вернулся к стабильным сорока четырём. Мох на частоколе перестал вспучиваться.

Рен наблюдал за этим молча. Его рука медленно опустилась от пояса, и субстанция в крови отхлынула от ладоней обратно в корпус. Боевая готовность снята, но не полностью, потому что его сердце билось на восемь ударов в минуту быстрее, чем минуту назад, и я слышал это через сеть, как слышу пульс собственного побега.

— Симбиоз, — Рен произнёс это тихо, почти для себя. В его голосе звучало нечто, что я не ожидал услышать от инспектора столичной канцелярии.

Благоговение.

Я убрал руку с побега и повернулся к Рену.

— Присядете? Разговор будет длинным.

…

Я принёс из мастерской два глиняных стакана и кувшин с водой. Горт, когда я открыл дверь, вскочил с табурета и уставился на меня с немым вопросом, но я покачал головой, и он сел обратно, сжимая дощечку.

Рен устроился на плоском камне в двадцати метрах от побега. Ближе подходить не стал, и я оценил его осторожность. Камень не успокоится полностью, пока чужак находится в зоне покрытия, а культиватор пятого Круга создаёт слишком сильное возмущение в витальном поле, чтобы побег мог его игнорировать.

Я сел напротив, на перевёрнутый бочонок, который Далан оставил у ворот. Полоса мха между нами вспыхивала яркой зеленью при каждом ударе побега, как живой метроном. Рен посмотрел на мох, потом на свои ноги, потом аккуратно переставил правую ногу, чтобы не наступать на зелёную полосу.

— Вы чувствуете, — Он заметил, как мох реагирует на пульс.

— Мох питается субстанцией побега. При каждом ударе капилляры выбрасывают микродозу в грунт.

Рен кивнул и расстегнул верхнюю пуговицу плаща. Под ним оказалась простая серая рубаха, почти такая же, как у меня, только из ткани получше. Он положил алхимический пояс на колени и прижал ладони к коленям — поза лектора перед аудиторией.

— Маяк, — Рен начал без предисловий. — Вы правы, я знал, что он активный, когда ставил его. Мне было приказано установить его и уехать.

— Кем приказано?

Рен немного помолчал.

— Маяк создан в лаборатории Изумрудного Сердца, — Рен произнёс это ровно. — Это инструмент программы, которая называется «Пробуждение». Куратор программы… — он снова выдержал паузу, — Древесный Мудрец.

Я знал о Мудреце из слухов в каменном узле. Далёкая, полумифическая фигура, от которой зависят жизни миллионов и которой нет дела до крестьян на краю подлеска. И вот выясняется, что этой фигуре есть дело до моей деревни. Точнее, до того, что под ней.