— Скажи, когда бить, — произнёс он наконец. — Я буду готов.

Он развернулся и пошёл к тренировочной площадке, где Тарек уже разминался с тренировочным копьём. Парень крутил оружие над головой, старательно изображая опытного бойца, но периодически задевал древком собственное ухо. Варган подошёл, молча забрал копьё, показал хват и вернул. Тарек повторил. Варган кивнул и встал рядом, начав собственную разминку.

За дальним краем деревни Кирена стучала молотком по новой секции частокола. Ритмичные удары разносились по утреннему воздуху, перемежаясь с короткими паузами, во время которых она, судя по звукам, перехватывала доску или подбирала новый гвоздь. Три женщины из беженцев Гнилого Моста складывали промытые тряпки у общего колодца. Двое детей гоняли палкой что-то мелкое и круглое между хижинами среднего круга.

Деревня жила, несмотря на ползущую стену, несмотря на стражей-марионеток, несмотря на всё, что я знал и что ещё не рассказал. Пепельный Корень давно научился существовать на краю, и этот навык не купишь за Кровяные Капли и не свартишь в «дедушке».

Я вернулся к медитации. Побег пульсировал ровно, и субстанция текла через серебряную сеть, заполняя каналы и питая Рубцовый Узел. Тридцать восемь процентов прогресса. До третьего Круга ещё далеко, но каждый процент уплотняет мои каналы, укрепляет стенки сосудов и приближает момент, когда Серебряный Импульс перестанет быть оружием последнего шанса и станет рабочим инструментом.

Лис медитировал рядом, и мох под нашими ногами пульсировал в унисон.

…

Вечер подкрался быстро.

Рен вышел из дома за десять минут до заката. За день он так и не притронулся к еде, хотя Горт носил тарелки трижды. Зато он исписал, по словам мальчика, всю бересту, которую Аскер выделил на гостевые нужды, и начал писать на обратной стороне старых караванных накладных.

— Данные? — Рен встал рядом, активируя щуп.

— Стена сдвинулась ещё. Примерно сто пятьдесят метров за день.

Рен прищурился. Его щуп работал молча, и багряные искры на игле мелькали с нарастающей частотой, словно инструмент нервничал.

— Подтверждаю. Дистанция примерно один и семь десятых километра. Вчера в это время было два и один. — Он убрал щуп и посмотрел на меня. — Скорость увеличилась.

— На двадцать пять процентов. Вчера двести метров за восемнадцать часов, сегодня сто пятьдесят за десять.

— При такой динамике стена будет у частокола через четыре-пять дней.

Я кивнул. Мы оба считаем одно и то же, и оба приходим к одному результату. Единственное расхождение в том, что Рен считает дни до контакта стены с деревней, а я считаю дни до контакта стены с побегом.