Гораздо интереснее была другая находка. Сгусток Озарения. Чёрный мягкий камень, под упругой поверхностью которого горел яркий алый огонёк — грел руки и радовал глаз. Данный артефакт образовался чуть позже, после гибели Бессмертного, и нашли мы его по дороге домой.

В прежние времена я поглотил бы его без раздумий. Да чего там говорить, в прошлой жизни я какое-то время скупал все сгустки, какие мог. Сам вскрывал их сразу же при добыче. Вот только с каждым новым поглощённым Озарением ты получал всё меньше и меньше исключительного знания. Схемы повторялись, или же просто ничего особенного в голове не появлялось. Последние сгустки, собранные ещё в той жизни, ушли впустую, поэтому я и перестал обращать на них внимание. Возможно, я знаю всё. Если поглотить и этот тоже — ничего нового, скорее всего, не получу. А если выставлю на аукцион Зодчих? Они, вполне возможно, поубивают друг друга, за право его получить, но дадут очень интересную цену. Благородные семьи, в чьих рядах был кто-то из выпускников Академии, станут продавать земли, лишь бы поучаствовать. Неизвестным родам это шанс прославиться. Известным кланам укрепить своё влияние. Сгусток штука ценная.

Его ведь ещё и зарегистрировать надо. Конечно, это не обязательно. Я спокойно могу поглотить его, а после просто заявить патент на новое изобретение. Ну гений я, что поделать. Фокус-Столбы пошли в народ. Сейчас шла работа по пушке, почему бы не запустить что-нибудь ещё? Вариантов схем, которые я могу внедрять в этот мир, масса. Вон, хотя бы систему сейсмической активности, выстраиваемую мной. Полезное приобретение в свете подземных талантов Аль Абаса…

Вот только зачем нарушать закон, когда можно не нарушать? Зарегистрирую сгусток, получу лицензию, а дальше уже надо решать, что с ним делать.

Закончив с делами, я нашёл время добраться до лаборатории Орлова. Охрана на входе пропустила меня безоговорочно, объяснив, как пройти к медицинским отсекам. А там, сразу перед дверью в палату Тени, мы встретились с Вепрем.

— Ваше благородие, — торопливо поднялся он. — Ваше благородие, простите меня за ночное. Эмоции возобладали. Алкоголь этот дурной. Знаю, что нельзя. Знаю, что гибель в нём моя. Но… Не смог устоять. Шум приглушил боль, понимаете?

— Понимаю. Как Надежда?

— Спит Надежда. Спит. Умаяли её доктора эти с процедурами. Но ничего, она у меня бойкая. Заживёт быстро.

Я поставил рядом с ним бумажный пакет со свежими фруктами. В Орхово открылась лавка предприимчивого мужчины, который продавал подобные товары чуть дороже, чем в супермаркете, но зато можно было быть уверенным во вкусе и зрелости.