Выживший был прикован к кровати, тело опутывала паутина проводов, от которых тянуло электричеством и слабостью. Вокруг лежащего создали антимагический кокон, блокирующий исходящий дар. Надёжная, конечно, штука. Правда, слишком сложная для воплощения и требующая много энергии и постоянный контроль. Однако инструмент вполне работающий.

— Блокиратор? — спросил я настороженно. — К чему он здесь?

— Он пытался убить себя, — сказал Кадывкин, глядя на беднягу. — Несколько раз. Пришлось принять меры, для его же безопасности. Наш психомант разбирается с повреждениями и пока не приведёт его мозги в порядок, то придётся побыть в таком состоянии. Слышишь, Володя? Поправляться надо, да?

— Отпустите, Олег Степанович. Прошу вас… — прошептал боец с заблокированным даром. — Я должен бежать. Я должен вернуться к семье и попрощаться с ней. Как вы не понимаете? Истина уже здесь. Она здесь, разве вы не видите?

— Что за истина? — тихо спросил я, зная ответ, но скрывая это знание.

— Истина — это всё… — выдохнул свидетель. — Всё и ничего. Я слышал бездну! Она смотрела на меня моими глазами!

— Володя, опиши то существо, что на вас напало, — спокойным голосом проговорил Кадывкин.

— Он был соткан из тени… — затараторил уцелевший. — Высокий, наверное, целых три метра ростом. Чёрный как дым и стремительный как молния. Он вонял серой, и в нём бурлил огонь, который не видно, но который чувствуешь кожей.

Владимир замотал головой, причитая:

— Он был везде, и он постоянно смеялся, Олег Степанович. Он смеялся и прославлял Её! Мечи бессильны! Всё бессильно! Он сломал клинок Баранова голыми руками и отрезал ему голову обломками! Они не работают, Олег Степанович… Не работают! Истина выше золота.

Безумие заволокло глаза Владимира:

— Он говорил Её устами! Эти слова крутятся в моей голове даже сейчас! Она здесь. Она я. Я тоже Истина, но летящая во мраке.

Бедняга рванулся в путах:

— Отпустите, прошу вас. Я не хочу быть здесь. Она наберёт силу и заберёт всех. Можно мне увидеть семью перед этим? Олег Степанович, прошу вас.

Кадывкин с задумчивым видом посмотрел на меня и вздохнул, мол, я же предупреждал.

— Она не отступит. Она видит больше, чем видела прежде, — вдруг сказал Владимир. — Всё будет Истиной! Всё будет Истиной! Вы тоже будете! Попрощайтесь с близкими уже сегодня!

Он перешёл на крик, забился в кровати.

— Попрощайтесь сегодня!

В палату вошёл одетый в белоснежный халат психомант. Он почти подбежал к пострадавшему, коснулся головы бедолаги, и Владимир тут же угомонился, впав в беспамятство.

— Вы не упомянули, что он безумен, — сказал я, когда мы вышли и оказались достаточно далеко от других ушей.