— В себя пришел, — шмыгаю носом.
— Ура! — взвизгивает подруга. — Надеюсь, ты от счастья ревешь?
— Да… — только и могу ответить. Накрыло. — Варь, спасибо. Я… Мы отдадим. Не сразу, но обязательно вернем. И Ксюшку обними от меня. Блин! Девочки! — стираю свободной ладонью слезы.
— Стеф, ну не плачь, — хнычет подруга. — Все же хорошо. Случилось главное! Теперь только вперед. У нас тренер так говорит: «Упала, встала и, не оглядываясь на свою ошибку, отрабатываешь программу на максимуме собственных возможностей, будто ты уже на Олимпийских играх. А там у тебя всего одна дорога — вперед, к золотой медали». Ваш с Кисом путь к «золотой медали» только начинается. И главное здесь то, что вы мо жете туда дойти, потому что он жив, а ты упрямая. Люблю тебя. Не реви.
— И я тебя, Варь. Спасибо, — всхлипываю, крепче сжимая пальцами трубку.
— Кису привет, — слышу, как подруга улыбается. Обещаю передать и сбрасываю.
Договариваюсь с Анаит, что первая сегодня все же пойду я. Автоматом напоминаю ей, чтобы никуда не уходила. Она только взгляд к потолку поднимает и усаживается на кушетку у стены, расправляя ладошками платье и складывая их у себя на коленках. Ну просто идеальный ребенок. Задерживаю дыхание и вхожу в палату. Впервые со дня аварии оживают мои мурашки. Разбегаются врассыпную от затылка по спине и рукам. Кис смотрит на меня.
А-а-а!!! Он на меня смотрит!!! Осоловелыми, но такими любимыми карими глазами. Моргает, дышит без всяких дурацких трубок и масок. На руке, лежащей вдоль тела, подрагивают зажившие пальцы.
За моей спиной ощущается движение. Оглядываюсь. Его лечащий врач пришел.
— Пока так, — поясняет мне, положив руку на плечо. — Заторможенный. Не до конца осознает, что проснулся. Это пройдет. Для его состояния все реакции можно считать нормой. Даже немного выше. Упрямый парень. Люблю таких, — улыбается врач. — Можешь поговорить с ним. Теперь Саркис тебя точно слышит. Только аккуратно. Ни какой тяжелой информации. Мягкие, спокойные эмоции. И недолго, Стеф, — предупреждает он.
— Я поняла, — заламываю пальцы, а сама не отрываю взгляда от мужа.
— Хорошо. Я буду за дверью, — сжимает мое плечо.
Врач выходит, а я еще с минуту стою на месте и просто смотрю на Саркиса. Он действительно вроде здесь, а вроде еще нет. Одновременно и радостно до бабочек в животе, и немного страшно оттого, что пока муж не до конца вернулся к нам.
Ставлю стул у высокой кровати. Сажусь рядом, касаюсь его подрагивающих пальцев. За ребрами ломит. Вдохи удается делать через раз, но это хорошие эмоции. Они теплые. Ими хочется с ним поделиться.