– Хитрюга, – шепнула я собаке.

Я уже начала убирать со стола, когда проснулись парни. Рикки с полузакрытыми глазами налил остатки кофе себе в чашку. А Умберто заварил чай.

– Кофе повышает давление, – сообщил он мне, когда я прошла мимо него, чтобы заправить их постели. Я решила сделать это не для них, а для Аниты. Пусть, когда она проснется, дома будет чисто, и ей не придется тратить силы. Я заправила постель Рикки и направилась в комнату Умберто. Тут он подошел и остановил меня:

– Оставь как есть. Иди лучше оденься, прогуляемся по Кастелламмаре.

– А твоя мама?

– И ее оставь. Сегодня ей надо зализать раны.

Зазвонил телефон, и Анита крикнула нам голосом давно проснувшегося человека:

– Не берите трубку, ради бога. Это Даниеле.

– Откуда ты знаешь, что это он? Может, это кто-то из моих друзей, – ответил Умберто, но жестом пригласил меня пройти за ним в комнату матери. Телефон продолжал звонить.

– Знаю, и все.

Анита села в кровати и собрала волосы в конский хвост. Я не увидела в ее внешности никаких признаков похмелья. Более того, с промытыми слезами глазами и гладкой свежей кожей, она была красива как никогда. Телефон наконец сдался и замолк.

– Слушай, Фри, – сказала мне Анита, – сегодня моя сестра Летиция пригласила нас на обед. Должна прийти ее старшая дочь с детьми. Они все хотят с тобой познакомиться. Но мы пойдем к Летиции в другое воскресенье. Сегодня я не выдержу, прости меня. Идите погуляйте с Умберто, а потом возвращайтесь обедать.

Хотя Анита вроде бы спала, она оказалась уже в курсе всех наших планов. Мы с Умберто закрыли за собой дверь. Перед выходом мы сняли телефонную трубку с рычага, чтобы Аниту никто не беспокоил.

* * *

Несмотря на грозу, которая разразилась вчера на втором этаже нашего дома, был чудесный день. Небо казалось похожим на чистое стекло. На нем не было ни облачка, и солнечные блики сияли на капотах машин и стеклах витрин, темных очках и часах многочисленных прохожих. В такую погоду, готова поспорить, точно можно было идти на пляж, не дожидаясь полудня. И все же люди толпились у баров и кондитерских. Одеты они были не для пляжа, а как будто собрались на праздник. Приятное тепло окутывало мои ноги и руки. Я заметила, что хотя моя одежда была чистой и относительно новой, она выглядела невыразительно и скрывала мое тело.

Мы терпеливо лавировали среди машин, припаркованных прямо на тротуарах. А водители в свою очередь не возмущались, когда мы шли посреди дороги. Дойдя до небольшой площади, нас вместе с другими прохожими захватил водоворот вокруг центральной клумбы. Машины, мопеды, люди вливались в круговое движение и покидали его, словно в идеально срежиссированном действии. Они закладывали виражи, замедлялись, бибикали, кричали и касались друг друга. Умберто взял меня под руку и повел на противоположную сторону. Главное – не останавливаться.