В самый тёмный час ночи я взялся за сплетение металла и магии. Подготовил что-то вроде шаблона, выстругал его собственноручно изготовленным топором из бревна. На ноги это было похоже отдалённо, но того не требовалось — главное — соблюдать размеры. Всё равно потом будет подгонка на месте.

Дерево обработал магией, укрепив тем же аспектом, то есть сделал поверхность, напоминающую материал наковальни — закалённый чугун.

Больше мне не требовалось разжигать пламя до предельного. Металл уже разгорелся внутри, и нужно было лишь немного прогреть его. Тем более материал был тонким. Тут как раз нужно было не перестараться.

Когда-то в давние времена, доспехи украшались узорами. Не только ради напитывания их магией. Но и для красоты. Для магии как раз не требовалось внешнее проявление. Чем богаче был владелец, тем изящнее и искуснее узор наносили мастера. Порой одно это занимало дни. Возникали школы подобного мастерства, за работами которых гонялись и ожидали своей очереди месяцами. Когда вся твоя жизнь — битва, что может быть важнее?

Я же хотел оставить только узор, убрав тяжёлые «доспехи». Воздушный и почти невидимый. Как те невесомые шали, что плели мастерицы из Оренбургской губернии.

Каркас, способный посоперничать с паутиной. Но лишь в изящности, не в прочности. А чтобы избежать проблем аномалий, металл нужно было не просто зачаровать. Уговорить набрать ту стабильность, которая выдержит любые испытания. Как и человек.

— Сила в единстве, — одобрительно прогудел Хакан, внимая моим объяснениям. — Легко сломать ветку, но почти невозможно охапку.

Ох уж мне эти мудрости. Но элементаль был прав — предел прочности мог быть увеличен особенным плетением. Сколь бы ни казался хрупок материал и его вид, если продумать нагрузку, то сломать его будет сложно.

И я, как паук, взялся за создание сети, способной выдержать что угодно.

По ходу вносил коррективы, учитывая анатомию. Чтобы банально можно было двигаться без стеснений и чтобы не пережимало, где не нужно. Может, Иван и не мог почувствовать эти неудобства, но всегда был шанс возвращения чувствительности. Ну или надежда, что ещё сильнее.

Перестало существовать и время, и весь мир вокруг. Только тончайшие нити, сплетающиеся в нечто грандиозное. Я выложился полностью. Но приобрёл гораздо больше.

До ранга мне не хватило совсем чуть-чуть. По ощущениям я был предельно близко, но нужно было что-то ещё. И что — непонятно. Мне это было не так важно, как испытание артефакта.

Я вышел на улицу, наконец вдохнул полной грудью прохладный воздух и взглянул на светлеющее небо. Рассвет вот-вот наступит. Новый день и новый вызов.