— Предположение было верным. Основная часть авиации сосредоточена в районе «каблука» Апеннинского полуострова, — указал он на пролив, соединяющий Ионическое и Адриатическое моря.

— Выполняют дозаправку? — спросил я.

— Да. Пространство контролирует один АВАКС. Высота работы 8700–9300. Удары по территории Косово и Черногории уже нанесли. Масштаб разрушений пока оценить сложно, но били с целью освобождать дорогу пехоте. Вторжение скоро может начаться.

В голове почему-то сразу появились сомнения, что войска из Советского Союза успеют перебросить. Так что разговор с Виталиком несколько часов назад был пророческим.

— Звено 21х под номером один взлетает по команде с Батайницы. У них возможностей больше, — сказал генерал, указав сербскому командиру «весёлых».

Выходит, что у нашей группы забирают одно звено и перенаправляют на другое направление.

— Первыми идут 29е. Следом второе звено 21х. Третье звено вылетает из Слатины в расчётное время. Вопросы? — спросил Радич, но все промолчали. — Работаем!

Выйдя на холодный воздух, я трусцой побежал к самолёту. Мой «гадкий утёнок» стоял недалеко от одного из звеньев МиГ-21. Когда я проходил мимо одного из самолётов, заметил, как настраивает на работу напарника Валера.

— Держишься за мной. Не отстаёшь. Скоро рассвет и тебе будет проще, понял? — объяснял он парню.

— Да. Как мы с вами и отрабатывали, — кивнул сербский лётчик.

— И помни, если что-то не так с самолётом, сразу доклад и выходи из боя. Ты стране нужен живой, уяснил?

Парень кивнул, но напряжение с его лица так и не ушло.

— Держи. Мой бывший техник без конфеты в полёт не отпускал. Только после посадки съешь, — протянул Валера парню карамель.

В этот момент Гаврюк меня заметил, стоящего у конуса воздухозаборника. Он достал из кармана ещё одну конфету и бросил мне. Поймав её свободной рукой, я посмотрел на неё и обнаружил знакомое название сладости.

— «Дубок», — прошептал я.

Та же конфета, которую всегда мне давал Елисеевич. Не отпускал в полёт без неё.

Валера посмотрел на меня и показал поднятый вверх большой палец. Я не успел сказать ему «спасибо», как он начал карабкаться в кабину.

Внимательно посмотрев по сторонам, я заметил большое зарево на севере и юге. Американцы продолжали безнаказанно наносить удары по территории Сербии. Но это ненадолго.

Оказавшись в кабине, я быстро начал запускать все потребители и двигатели. Самолёт загудел, экраны зажглись, в наушниках стал слышен плотный радиообмен. Никакого сейчас режима радиомолчания не будет. Атака в лоб, и всё. Единственное, что можно предпринять, так это подойти к АВАКСу как можно ниже. Это уже моя работа, пока будут прикрывать сербы.