Мой кивок был едва заметным.

Жанна Михайловна, как более опытная в таких ситуациях обратилась к моей жене:

— Пойдем поможешь мне на кухне.

Наши жены вышли из гостиной. Дверь на кухню плотно не прикрылась, и мне удалось расслышать начало разговора:

— Инна привыкай. У них служба далеко не сахар, и давай не будем добавлять им проблем…

На этом моменте кто-то из них аккуратно закрыл дверь.

А в нейроинтерфейсе развернулась следующая часть доклада.

«Активация канала 20,7 Гц. Повышенная активность связи с ПЛАРБ класса Resolution. Ядерная страховка переведена в состояние повышенной готовности. Британский флот ожидает отхода аргентинских надводных сил к своим базам.»

В сознании возникла схема. Если аргентинский флот уходит в порты, остается подводный компонент. И одна из лодок уже не принадлежит немцам.

Измайлов поднял бокал.

— За тех, кто сегодня в холодной воде.

Никто не спросил, что именно он имеет в виду.

«Помощник: дополнительная информация. Радиоперехват испаноязычного сигнала бедствия. Фрагменты: impacto… hombres al agua… sin energia…»

На секунду перед внутренним зрением возникла картина: темное море, вспышка взрыва, люди в ледяной воде.

Я тихо произнес:

— Это уже настоящая война.

— Нет, — ответил Измайлов, — это политика, доведенная до логики стали.

Молчание за столом стало еще более плотным. Снаружи шелестели пальмы.

«Помощник: стратегическая оценка. Аргентинский флот с вероятностью 0,82 прекратит активные действия надводными силами. Подводные операции сохранятся. Окно для асимметричного ответа — открыто.»

Измайлов перевел взгляд на меня. Слова не требовались.

Оба понимали: если надводные корабли уходят, море станет территорией тишины. Территорией подлодок.

— Нужно будет выйти на связь с Кардосо, — мысленно произнес генерал, будто речь шла о хозяйственном вопросе.

Инна выйдя с кухни покачала головой.

— Вы оба даже за ужином не перестаете быть на службе.

Измайлов позволил себе усталую улыбку.

— Часто нас не спрашивает, удобно ли нам.

В глубине сознания «Помощник» добавил последнюю строку:

«Событие меняет баланс. Вероятность дальнейшей эскалации конфликта — 0,76. Рекомендация: готовность к ответной операции.»

Вечер в Гаване продолжался. За окном пахло солью и влажной землей. Но в этот момент стало ясно: Южная Атлантика перешла из фазы маневра в фазу открытых боевых действий.

И если британцы снова изменили правила, то кто-то другой вполне может поменять не спрашивая их доску.

* * *

Буэнос-Айрес.

Январь 1984 года.

Ночь.

Жара в столице стояла густая, как расплавленный воск. Над Рио-де-ла-Плата висела влажная дымка, а редкий ветер лишь переносил запах бензина и пыли с проспекта 9 июля. В окнах Министерства обороны свет горел уже третий час подряд.