— Нет. Просто… подумал, не взять ли себе одну. Для личного пользования. Чтобы был транспорт под рукой. «Победой» по личным делам ведь много не наездишься.

— А ты где работаешь не забыл? В серьезной конторе или в экскурсионном бюро? Тебе с Инной лишняя публичность категорически не нужна!

— По делу, Филипп Иванович. Быстрота, мобильность, анонимность. Своя машина — это меньше зависимостей. Да и Инна будет спокойнее.

Генерал на секунду задумался. Потом медленно кивнул, посмотрел на манговое дерево, под которым скрывался замаскированный дрон:

— Мыслишь правильно. Только учти: автомобиль здесь — не роскошь, а инструмент. А инструмент должен быть незаметным. Ярко-красный «Шевроле Бел Эйр» с белыми крыльями — это не транспорт. Это фейерверк с номерным знаком.

— Я понимаю. Думал о чём-то скромном. Допустим, «Форд» пятидесятого года или старенький «Плимут». Главное — чтобы на ходу и не вызывал вопросов.

— Ну… тогда ищи через своих. Или я могу сказать одному проверенному. Он с местными торговцами держит связь. Только цену учти — тут доллары решают. Кука за десять — уже лотерея. Всё зависит от состояния. Некоторые кузова держатся только на вере и проволочках.

— Деньги найду.

— А если не хватит?

— «Друг» поможет…

— Это как?

Я вытащил из портмоне несколько сотенных купюр.

— Что скажете Филипп Иванович?

Он взял валюту в руки и внимательно осмотрел и ощупал каждую купюру.

— Настоящие… Бумага правильная, защита на месте… Есть подвох?

— Да… Они все перепечатаны из однодолларовых купюр, там… — я ткнул пальцем в небо.

Генерал тихо рассмеялся.

— Ну, если «Друг» в деле — тогда вопросов нет. Ладно. Завтра или послезавтра скажу, к кому лучше подойти. Но машину не ставь под окна. Найдём гараж. Или я у своего кубинского связного договорюсь — у него мастерская, есть уголок. Там и обслужишь, и спрячешь при случае.

— Спасибо. Это много значит.

— Не за что. Просто… помни, Костя, тут важна не только маскировка. Тут важно — не выделяться даже среди тех, кто уже выделяется. Эта страна живёт по своим правилам. Не пытайся их ломать, научись их использовать в своих интересах. Как ветер — не против, а в парус.

— А как ты вообще додумался до этой аферы?

— Если честно, то «Помощник» подсказал… Вернее навел на правильную мысль… Тут есть еще одна мысль…

— Филипп Иванович, ещё один момент… важный. Из личных наблюдений.

Он остановился, повернулся, прислонился плечом к столбику забора:

— Слушаю.

— Вчера, когда с Инной гуляли по старому центру… случайно увидели сцену. Женщина, торговавшая жареными бананами, провернула почти открыто одно дельце с каким-то мутным типом. Сначала подумал, что он у неё еду берёт в долг, а потом понял — они обменивались валютой. Но не так, как обычно. Она ему мелкие доллары — по одному, а он ей сотенные — не новыми купюрами. И курс у них странный — наоборот, «обратный»: один доллар крупными — на доллар двадцать мелочью.