— Сотки? — переспросил генерал, брови чуть вздрогнули. — Свежие?

— Нет. Скорее старые, потёртые. Без водяных знаков, как у новых серий. Но настоящие, не карикатуры.

Измайлов кивнул, будто что-то сопоставляя.

— Это один из местных способов местного теневого бизнеса. Есть тут такой «карманная» теневая конторка. Работает без вывески, но с приличным оборотом. Кукловоды за ней — не из бедных. Деньги гоняют между Майами, Панамой и Гаваной. А те, кто тут на земле — просто пешки. Торговки, продавцы, порой даже школьники.

— Я не вмешивался, просто наблюдал. Но мысль возникла. У нас с собой немного наличных, и будет необходимость докупать кое-что из оборудования или платить информаторам. Всё официально не проведёшь.

Генерал посмотрел пристально, будто примеряя невидимую формулировку.

— Смотри, Костя. Тут два правила. Первое — никаких самостоятельных обменов с улицы. Только через проверенных. Всё, что идёт через руки «мутных типов», уже записано в чужие блокноты. Второе — не играй в местного. Даже если у тебя будет кубинская «профсоюзная книжка» или фальшивые документы — ты для них всегда чужак. А чужака считают по шагам.

Я кивнул.

— То есть обмен возможен, но — только с вашего одобрения?

— Или через мои каналы. Я дам тебе связного. По запросу «Друг» сможет выйти с ним на связь без следов. Он передаст нужное, проведёт обмен. Условие одно: отчётность и контроль. Любая неучтенная валюта здесь — это риск не только для тебя, но и для меня, как твоего непосредственного начальника. Ты пойми, все кому надо, знают что ты мой протеже и если ты на валюте попадешься, то появится мнение, что я тебя притащил сюда именно для таких дел, понял?

— Да, просто не хотелось терять возможность. Видно было — люди работают под контролем. Настроены аккуратно. Они боятся, но всё равно делают.

— Потому что прибыль высокая. И потому что кто-то их прикрывает. А вот кто — это уже наша работа. Возможно, ты поможешь в этом.

Он похлопал меня по плечу, затянулся последней сигаретой, оставив след из табачного дыма и мыслей. Много мыслей.

Генерал кивнул напоследок и пошёл прочь, шаг за шагом растворяясь в темноте сада. Манговое дерево чуть шелохнулось — может, от ветра, а может, от дрона, вновь перешедшего в режим наблюдения.

Впереди была не только служба в медсанчасти с пациентами и оборудованием, впереди начиналась настоящая игра.

* * *

Он ушёл, не оглядываясь. А я остался стоять под манговым деревом, вглядываясь в небо. Где-то там, в ближнем космосе, на орбите вращался «Помощник». А тут на Земле начиналась новая глава.