За то короткое время, что мы провели вместе на свадьбе моего брата, я поняла, что Маттео – уверенный в себе человек. Он, вероятно, мог бы зайти в любую комнату и легко найти собеседника, с которым можно было бы завязать разговор. Понятия не имею, почему такой человек, как он, выбрал меня из всех людей, чтобы попытаться подружиться.
Более того, понятия не имею, почему эта идея заинтриговала меня так сильно. Да, я знала, что хочу чаще видеться с племянницей и племянником. Но дело было не только в этом. Я могла попросить у папы больше фотографий. Он бы без вопросов их достал.
Но предложение Маттео о дружбе стало не просто окном в жизнь близнецов, оно стало окном в нормальную жизнь. Это шаг в правильном направлении к исцелению и выходу из кокона безопасности, который я построила для себя за последние несколько месяцев. В течение часа он заставил меня почувствовать то, чего я никогда не ожидала испытать снова.
Маттео заставил меня почувствовать себя всего лишь хорошенькой девушкой на вечеринке. Той, с кем парни хотят танцевать, женщины – разговаривать, а камеры – фотографировать. Той, на которую люди смотрели бы, чтобы похвалить платье или позавидовать прическе, а не морщиться от жалости, думая о том ужасе, который случился с ней много лет назад.
Даже не помню, когда в последний раз думала о том, что я красивая, до того, как он сказал мне об этом. И не раз.
Маттео
Кроме того, здесь нет места для осуждения. Для этого и нужны друзья, верно?
Смотрю на последнее сообщение Маттео, чувствуя себя уверенной, но все равно задумчивой. Правда не знаю, как ему ответить, и такое чувство, что это может стать для меня актуальной темой. По крайней мере, пока не привыкну к этим переменам.
У меня давно не было друзей. Раньше их было много. Девушки из балетной труппы, двоюродные сестры, другие дочери мафиози с нашей территории... но после того, как я на несколько месяцев попала в больницу, все изменилось. И у меня никогда не было друзей мальчиков. Имея отца-Пахана и двух старших братьев-защитников, я считала мальчиков врагами номер один и старалась держаться от них подальше при любых обстоятельствах.
Ирония в том, что мальчики никогда не представляли реальной угрозы. В отличии от мужчин.
Решив, что и так слишком долго смотрю на его сообщение, я начинаю печатать и нажимаю «отправить». Если буду долго обдумывать каждый ответ, меня начнет грызть беспокойство, и папа это заметит. Он сотрет контакт Маттео прежде, чем успею моргнуть, если решит, что наше общение приносит больше вреда, чем пользы.