Глава 1. Вишневый клафути
Айлин
Не стоило приходить, я знала, что не стоило. Но стояла в ночи, сжимая перчатки побелевшими пальцами.
Вода темнела в каменной чаше фонтана, отражая луну и редкие огни фонарей. Один из них мигал так нервно, будто тоже сомневался, стоило ли мне приходить.
Не стоило. Не… стоило.
Я знала это, когда выходила из кондитерской. Когда не поехала в поместье генерала. Когда вместо него оказалась здесь.
“Ты хочешь узнать правду?”
Не была уверена…. Но все-таки стояла у фонтана и ждала сама не зная чего. Может быть, потому что впервые кто-то спросил, а хочу ли я истину знать. Потому что до того она приходила с ножом у горла и чужим именем сестры. С маминой шкатулкой, которая вдруг оказывается причиной, по которой люди лгут, улыбаются тебе за завтраком, а потом собираются убить.
Кайрусу я ничего так и не сказала. От этой мысли внутри все сжалось, будто я не просто скрыла письмо, а уже сделала шаг туда, откуда не смогу вернуться к нему. Но каждый раз, когда я представляла, как протягиваю ему лист, как он мрачнеет, зовет Рэкана, приказывает усилить охрану…
Ветер прошел по аллее, качнул темные ветви. Где-то за деревьями скрипнули ворота, я резко повернулась, но там никого не было.
Потом вдруг услышала песенку, и внутри все похолодело.
– Ква-ква… прячется под листом…
Голос шел из темноты за фонтаном. Песенка. Глупая детская песенка, которую мне пела и Лина, но как-то… не так. Пела с веселой насмешкой про лягушку, которая прыгает по кувшинкам и ловит муху. Тогда я списала странность на собственную память, которая стерла почти все из приюта.
Но сейчас эти слова зацепили что-то внутри.
– ...пока буря уйдет.
Из тени вышел человек в черном плаще. Капюшон скрывал лицо, фигура была невысокой и легкой в движениях. Шагала бесшумно, и от этого стало страшнее.
– Ты пришла.
Я не сразу узнала голос, потому что без привычной улыбки он звучал ниже, спокойнее. Старше.
– Кто ты? – спросила шепотом, хотя уже знала ответ.
Мужчине ответил не сразу, но поднял руки к капюшону и медленно скинул его назад.
Лунный свет лег на рыжие волосы и веснушки. На лицо, которое я видела каждый день в кондитерской. Только теперь на нем не было улыбки. И без нее Мартин оказался совсем другим.
– Мартин…
– Для тебя – да, – склонил он голову. – Хоть это имя мне дали позже.
Сделала шаг назад, но он не пошел следом. И это хорошо, потому что я не знала, хочу закричать или просто убежать отсюда. Мартин – этот Мартин, совершенно другой, меня отчего-то пугал.
– Ты прислал письмо. Зачем? – спросила севшим голосом.
– Потому что ты должна узнать правду не от него.