– Принято, - сказал я и поклонился.
– И еще, генерал, - добавил император, когда я уже собирался отступить. - Если Север выйдет на Айлин раньше тебя, вопрос согласия больше не будет обсуждаться. Свободны.
Мы вышли в коридор, двери кабинета закрылись за спиной. Рэкан прошел несколько шагов молча, а потом остановился у окна, и бледный свет упал на его усталое лицо.
– Айлин уехала. Ты не собираешься ее охранять?
– Оставь, но так, чтобы она не чувствовала давления… Иначе она совсем закроется, но нам нужно отследить северных людей. И, Рэкан, - я тронул его за ворот. - Если появится опасность, главное - она, а не шкатулку.
Рэкан поморщился, однако спорить не стал. Странно было бы, если бы он ожидал другого приказа после всего, что уже случилось.
– А если она не станет с тобой говорить? - спросил он. - Не как адъютант спрашиваю, Кайрус. Как человек, который видел, во что ты вляпался и что наворотил.
Я посмотрел в окно. Где-то за крышами была кондитерская Айлин, ее маленький мир, в который я вошел с приказом и из которого теперь мог быть изгнан без права на возвращение.
– Значит, буду говорить с порога, - ответил. - И докажу, что пришел не за шкатулкой.✨✨✨Приглашаю в свою новинку)Теперь я изучу твои бутоны, землянкаТри дня я изучала пленного инопланетянина. А потом его сородичи захватили корабль, и я оказалась трофеем.Теперь я в его доме, в его власти. Но по законам этого мира меня должны отправить на аукцион, как невнесенную добычу.Я думала, он был подопытным. На самом деле подопытными были мы. Он видел чужую волю насквозь, подчинял разум и ждал момента, когда клетка откроется изнутри.Он не имеет права оставить меня себе. Но, кажется, именно это и собирается сделать вопреки законам.
Глава 4. Мятное печенье
Мне некуда было больше идти, кроме как в кондитерскую. Я вошла через заднюю дверь, словно не была там хозяйкой. Сил никаких не осталось, и надеялась, что не увижу дракона посреди зала, решившего извиниться. Зачем они мне, извинения эти?
Плечо устало от сумки, хотя вещей в ней было смешно мало. Платье, щетка, пара лент, мамина шкатулка, завернутая в плотную ткань, и письмо Мартина, которое я так и не выбросила.
На кухне… На кухне кто-то был, и я замерла на пороге, а пальцы сами сомкнулись на ручке ножа, который лежал на ближайшем столе. И я сама испугалась того, что схватилась за него, даже не раздумывая.
– Если ты меня ударишь им, я расстроюсь, - тихо рассмеялся Мартин.
Он сидел у стола с чашкой чая, растрепанный и усталый. Я совершенно забыла, что комната наверху, где я жила до переезда к Кайрусу, теперь была комнатой Мартина. И я… все это время работала здесь с братом, даже не зная об этом. Если Мартин в самом деле брат.