– Это защита. Айлин…

– Не смей ко мне приближаться, лжец, – я отшатнулась, когда он сделал шаг ближе. – Не вздумай.

Кайрус остановился, отвел взгляд. За витриной уже были разложены десерты. Тех самых апельсиновых среди них не было. Я замешала тесто и не смогла… Мне вдруг захотелось сделать этому мужчине так больно. Так больно, как было мне. За обман, за ночь, за все красивые слова, за то, что люблю его, за то, что теперь не понимаю, что между нами и боюсь.

– Я не прощаю тебя, – произнесла зло, с надрывом. – Я ненавижу тебя, генерал.

Он дернулся, словно тоже от пощечины. Какого тебе теперь, а? Когда Истинная говорит, что ненавидит? Ты выбирал не меня, а службу, выбирал приказы. И я понимала, правда понимала… Что это важно.

Но не понимала ложь.

– Зачем ты пришел, Кайрус? – спросила я. – Кроме красивого списка того, что теперь мое, хотя оно и так было моим.

– У Элизы мог быть сын. И я опасаюсь, что он может связаться, навредить тебе. Мы пока не знаем, кто это. Но он может быть оружием против теб…

Я нервно расхохоталась. Это “оружие” ударило больнее всего, потому что вчера на кухне я уже видела это: Мартин улыбался, наливал мне воду, говорил о чулане и грозе, а за его спокойствием стояло что-то острое и выученное.

– Он мой брат, Кайрус. – Если ты пришел сказать, что его надо немедленно схватить, допросить и повесить, то лучше выйди сейчас.

– Ты… знаешь его, Айлин?

Дверь на кухню скрипнула за моей спиной. Я не обернулась, догадавшись, кто там. Мартин вошел с черного хода, скинул с головы капюшон. Сделал несколько плавных тихих шагов ближе и встал у моего плеча.

– Генерал, – произнес он весело. – Надо же, какая неожиданность.

Кайрус не понял сразу. Смотрел на нас, и на лице медленно проступало осознание. Он перевел взгляд с меня на Мартина.

– Ты…

– Мартин Розье, – представился он, чуть поклонившись шутливо, и улыбка стала тоньше, острее. – Или какое удобнее для отчета? Северное командование любит точность.

Я посмотрела на Кайруса. Сердце вдруг ударило так глухо, что на миг стало трудно дышать. Кайрус служит Империи, Кайрус пришел за шкатулкой, Кайрус восемь лет носил какую-то северную личину, и вот Мартин смотрит на него так, будто перед ним не враг.

– Мартин, что происходит?

Брат медленно перевел взгляд на меня и небрежно взмахнул ладонью.

– На Севере генерала Кайруса считают… полезным человеком, Айлин. Очень осторожным, очень дорогим. И, как оказалось, не таким управляемым, как все думали.

Кайрус не сказал “ложь”, не попытался сразу объяснить, лишь стоял, зло глядя на Мартина. Собственного бывшего подчиненного, приставленного ко мне с полевой кухни гарнизона.