***
Роман остановился около моего дома на следующий день. Позже обычного, уже к вечеру. Выглядел он усталым. Провёл рукой по лицу, облокотился на калитку.
– Как стройка? – спросила я.
– Идёт, – ответил коротко. Помолчал. – Неприятности всякие. Технику надо было лучше проверить перед сезоном. Поставщики подвели с материалом – брак идёт. Разбираемся.
Я смотрела на него.
– Роман. Когда именно начались неприятности?
Он поднял глаза.
– В смысле?
– Когда первый раз что-то сломалось? Когда первый человек пострадал?
Он подумал.
– Ну Сашка упал в начале августа. Потом пошло.
– В начале августа вы начали работы на мельнице, – сказала я. Роман посмотрел на меня внимательно, без насмешки.
– Аля, – начал он.
– Я знаю, как это звучит, – перебила я, пока он не возразил ничего в ответ про женские глупости. – Знаю, Роман. Знаю. Но всё ведь шло как надо – споро, быстро. И начались несчастья после того, как вы тронули мельницу. До этого всё шло хорошо, ты сам говорил – на удивление хорошо!
Он помолчал. Смотрел серьёзно, не отмахивался.
– Я понимаю тебя, – сказал он наконец. – Правда, понимаю. И спасибо, что ты так переживаешь за… мой проект. Он всем должен пользу принести, я в это верю.
– Я знаю. Кто у тебя работают – только хорошее говорят.
– Но ты понимаешь, Аля, что это всё совпадение? Август – пик работ, люди устали, расслабились, перестали смотреть под ноги. Ещё материал подвёл – я уже разбираюсь с поставщиком, там действительно брак. Это объяснимо.
– Всё объяснимо по отдельности, – сказала я упрямо. – Я про всё вместе.
Он смотрел на меня долго.
– Стройка идёт, – сказал только. – И мельница тоже восстанавливается. Скоро будет готова. Я не могу остановить всё из-за ощущений, Аля. Даже твоих.
Я кивнула. Я знала, что он так скажет. Он рациональный человек, он строитель, он привык решать проблемы головой и руками, а не доверять смутным ощущениям.
– Ладно, – сказала я. – Но ты будь осторожней.
– Аля…
– Всё хорошо, Роман. Я просто сказала.
Он ещё постоял. Наконец, кивнул и уехал. Я отошла от калитки. Села на крылечко, сидела и смотрела, как его машина скрывается за поворотом. Река за лугом блестела в закатном свете. Где-то там, в зарослях ивы, стояла мельница. Стояла и ждала.
“Я не знаю, чего ты ждёшь, – подумала я. – Но я знаю, что ты ждёшь”.
Глава 8. Падение
Глава 8. Падение
Я думала про мельницу ночами. Лежала, смотрела в потолок, и мысли сами возвращались к тёмным брёвнам и ледяным жерновам. Пыталась вспомнить – в бабкином рассказе точно был водяной. Жертву приносили ему, его реке, сильной воде. Так говорили.