– Живая, – он держит меня над водой, гребёт подальше от лопастей другой рукой. – Успел.

Нас вытащили на мостки. Сразу несколько рук подхватили и тянули сверху, кричали, отправили людей бежать за помощью. Роман сначала передал меня, помог вытащить, потом вылез сам. И сразу схватил меня, сгрёб. Не отпускал мою руку. Держал крепко, как будто я могла снова упасть, если он отпустит.

Мы шли на берег, и он поддерживал меня. Его рука держала меня за плечи так, что идти было легко, почти как не идти самой. Он меня почти нёс. Кто-то сбоку говорил про скорую. Я сказала – не надо. Никто не возразил.

Нас усадили на лавку. Сразу появились пледы, одеяло, чья-то куртка. Роман укутал меня прежде, чем я успела что-то сказать, и сел рядом, плечом к плечу, не отодвигаясь.

– Выпейте, – сунулась соседка Света с маленькой стопкой. – Рябиновая, сразу согреет.

– Нет. Принеси лучше чай, – сказал Роман. Коротко, не грубо, но так, что она сразу побежала за чаем. – Горячий.

Я смотрела на реку. Колесо крутилось. Лопасти входили в воду и выходили, вода блестела на них, и всё это было красиво. Действительно красиво, я понимала. Просто красивое колесо над рекой. Но я всё равно не могла на него смотреть без ужаса.

– Роман, – сказала я тихонько. – Лучше останови её.

И он действительно сразу распорядился остановить колесо.

– А как же спонсоры? – спросил один из его помощников.

– Они уже посмотрели, – ответил Роман. – Хватит.

Колесо останавливалось медленно. Лопасти сделали последний круг, вода ещё тянула, но уже слабее. И потом колесо встало. Тихо стало почти сразу.

Принесли чай – в большой кружке, горячий, с мёдом. Роман вложил кружку мне в руки и накрыл своими – чтобы не уронила, наверное. Или просто так.

– Как ты оказался рядом? Именно ты? – спросила я.

– Я шёл к тебе, – сказал он негромко, глядя на меня. – Хотел быть рядом с тобой, когда запустят. Чуть не успел. Увидел, как ты падаешь, – он замолчал. – Я очень испугался, Аля.

Я держала кружку обеими руками и чувствовала, как тепло входит в пальцы. Постепенно, медленно.

– Я тоже, – сказала я и теперь смотрела только на наши руки. На его руки, накрывшие мои.

Мы сидели на лавке у стола, мокрые, закутанные в пледы, и вокруг нас гудели деревенские. Нас спрашивали, всё ли в порядке? Кто-то рядом уже рассказывал соседу, как всё было. Как Роман первым, сразу же, бросился в воду. Фотограф опустил камеру и просто стоял. Баба Нюра смотрела на нас издалека. Колесо стояло. А вода в реке как текла, так и текла.

***

На следующий день Света сообщила мне новость.

– Аля, ты слышала? Роман-то велел жернова с мельницы снять! И механизм разобрать. Говорят, ночью приехали, с утра уже всё вынесли. Тихо так, без шума!