Он не знает.
И вдруг – дикий, нелепый порыв: повернуться и уйти. Сбежать. Потому что, если я сейчас поднимусь с ним в квартиру…
– Ладно, – сдаюсь я. – Но ненадолго.
Лифт едет медленно, скрипит, как и всегда. Мы молчим. Он стоит так близко, что я чувствую запах его одеколона. Такой знакомый и такой волнующий.
В квартире темно. Я щёлкаю выключателем, и свет обжигает глаза.
– Проходи на кухню, – говорю я, указывая рукой направление.
Глеб идёт совсем в другую сторону, и меня это пугает. В его глазах буря, когда он делает шаг ко мне.
– Глеб?
Ещё шаг. Его руки ложатся на мою талию, заставив меня и без того запаниковать.
– Я больше не могу так жить, Лиза!
14. Лиза
Его руки уверенно ложатся на мою талию, обжигая сквозь тонкую ткань свитера. Я замираю, чувствуя, как учащается мой пульс. Он отдаётся в висках, в кончиках пальцев, где-то глубоко в животе.
– Глеб… – мой голос дрожит, но он не отпускает.
– Я всё испортил, – шепчет он, прижимая лоб к моему. Его дыхание горячее, неровное. – Но я готов на всё, лишь бы…
Я резко отстраняюсь, вырываюсь из его объятий.
– Лиза?
– Нет! – моё восклицание звучит резче, чем я планировала. Я отступаю к противоположной стене, пряча дрожащие руки за спиной. – Ты не можешь просто прийти и…
– Я знаю, – тихо говорит он. – Я знаю, что не имею права просить. Но я разорвал все связи с Алиной и семейством Шапоренко. Я готов начать с нуля. Без них. Без…
– А твой бизнес? – перебиваю я. – Твои люди? О них ты подумал?
– Найду другой выход, – он сжимает кулаки. – Я уже веду переговоры с…
– С кем? – я невольно повышаю голос. – Глеб, ты рискуешь всем! И ради чего? Потому что вдруг передумал?
Он молчит. В квартире становится так тихо, что слышно, как за окном шуршат листья под порывами ветра.
– Ради тебя, – наконец говорит он. – Ради нас.
Эти слова обжигают. Я закрываю глаза, чувствуя, как предательские слёзы подступают к горлу.
Нет. Не сейчас. Только не сейчас.
– Ты не думал, что мне это не нужно? Разве я просила тебя отменять свадьбу? – открываю я глаза. – Не думал о том, что я не хочу быть причиной твоего краха? Что… что я просто не могу тебе доверять?
Его лицо будто каменеет.
– Ты не веришь, что я серьёзно.
Это не вопрос.
Я медленно качаю головой.
– Я не знаю, что тебе ответить.
Тишина снова накрывает нас, и это молчание становится невыносимым.
– Наверное, я заслужил это, – слышу я его приглушённый голос.
Мне хочется подойти, обнять его, сказать, что всё будет хорошо. Но я стою на месте.
Потому что где-то там, под сердцем, уже живёт крошечная тайна.
И я не готова делиться ею. Не сейчас.