– Что он сказал? Ты его понимаешь? – спросила она своего спутника, надеясь, что из-за ветра ее не услышат остальные.

Арсений поджал губы, по-видимому, собираясь вредничать, и Настя мотнула головой, мол, ну вас всех! Дураки!

Она повернулась к вершине, прикидывая, долго ли ей еще ползти. Руки уже болели от ледорубов. А Настя вдруг поняла, почему даже не подумала брать с собой такие. Она же считала и их оружием! Чем ледоруб хуже ее топора? Если попадет кому-то по голове или руке? Да ничем! От мысли, что в ее руках снова есть оружие, она успокоилась. Да, у других оно тоже есть, но…

– Ледоруб не пробьет кожу, – Арсений подобрался поближе и начал вколачивать стержень в трещину камня. – Они проверены организаторами. Было бы слишком просто, если бы у всех было столько опасного оружия.

– Ни один ледоруб? – Настя расстроилась. Она даже подумала тюкнуть ледорубом себе по ноге, но одумалась. Лучше не рисковать.

– Один есть, – признал Арсений. – Кто-то выбрал его как основное оружие. Но кто – я не знаю. И не знаю, жив ли этот кто-то.

– И не забрал ли его ледоруб кто-то другой, – подхватила Настя. – Я поняла. Просто я, похоже, одна тут без оружия. Только обрадовалась ледорубам…

– Не лезь вперед, и никто тебя не тронет, – очередной раз устало повторил Арсений и принялся закреплять карабин. Судя по всему, он собирался спуск делать тут же, и оставлял много страховок для этого. Настя ничего не имела против. Наоборот, ее радовал этот оптимизм. Она впервые за все эти дни почувствовала себя по-настоящему живой. Выжившей! Уже выжившей.

– Так что там все-таки сказал Серхио, – спросила Настя снова.

На этот раз Арсений ответил:

– Он спросил, видела ли ты, как в мертвых горах убивают людей, – нехотя произнес он. – И добавил, что они делают точно так же в живых.

Настя вздрогнула. Она словно снова вернулась в видение. Видела ли она? О да! Отвратительная шутка, но что возьмешь с пернатого!

– Он как-то обратился ко мне, – вспомнила она, стараясь взять себя в руки. – Амфитрона или вроде того.

– Ты будешь лезть или думать о глупостях Цаала? – грубо спросил ее Арсений, и Настя послушно полезла за ним. Успеет еще узнать. Спросит… ну у кого-нибудь спросит. У Льва Григорьевича, во!

Точно, ну как она могла забыть, что уже через несколько часов игра закончится. Да, со склона еще надо спуститься, но вдруг за ними пришлют вертолет? Мечтать об этом было невероятно приятно, хоть и не имело большого смысла. Однако на леденящем ветре это действительно будто согревало, и Настя позволила себе слабость представлять, как шумит вертолет, как сбрасывают к ней веревочную лестницу…