«А студентов надо простить и дать доучиться, — заключил он. — Полицейский надзор, как максимум. Они вполне способны самореализоваться мирным путем, и главное хотят этого».
Глава 2
— Во-первых, это всё в высшей степени несерьёзно, — сказал Саша. — Боже мой! Пасквильный комитет! «Дело о падении аэролита на Харьковский университет в ночь под праздник святого Благовещения». Над попечителем учебного округа Катакази поиздевались.
— Гавриил Антонович — очень достойный человек, — заметил царь. — Наш бывший посол в Греции. И участвовал в подготовке Греческой революции.
— Да? — удивился Саша. — Думаю, они не знали. На Пирогова в Киеве почему-то пасквили не сочиняют. И неважно, насколько пасквиль справедлив, важно, что ущерб от него надо с лупой рассматривать. Если Катакази счёл себя оскорблённым, мог жаловаться. Клевета — это не заговор.
В пародии на Катакази утверждалось, что на постель, принадлежащую попечителю, с неба, пробив крышу и потолок, свалилась «необыкновенно уродливая фигура», которая, впрочем, «напоминает отчасти человеческую», но издает необыкновенно сильный и удушливый запах, «напоминающий запах гнилой редьки и чеснока».
«Ученое расследование» упавшей фигуры вылилось в несколько заключений университетских профессоров. Профессор математики, исследовал мозг «фигуры» и пришёл к выводу, что он представляет собой «величину бесконечно малую», а профессор-юрист заключил, что за свои преступления фигура не несёт ответственности «как всякая вредная и неразумная тварь».
— Ну, мальчишество! — поморщился Саша. — Детство! И за это Петропавловка! Да им за глаза то что они уже отсидели. Даже, если откопать в этом некую вину.
— Там был не только Пасквильный комитет, — заметил царь.
Папа́ прочитал отчёт за пару дней и выделил 10 минут после ужина на обсуждение.
— Остальное носило чисто теоретический характер, — возразил Саша. — Да и закрылись давно! Что их сейчас тыкать носом в старый трёп, о которого они давно отказались?
— Ты им веришь?
— Да, я им верю. Про закрытие общества и тосты за твоё здоровье они независимо друг от друга говорят. Хуже всего, что Третье Отделение развратится, поняв, что можно на авторах повестей про аэролиты ордена и чины получать, и будет пропускать бомбистов. Просто потому что болтунов Завадских ловить легче. А тот, кто умеет ловить Завадских, не умеет ловить Орсини. Потому что это разные специальности.
— С Бекманом будешь говорить?
— Конечно. Что я могу ему обещать?
— Каторги не будет.
— Такое себе… — Саша поморщился. — Ссылка в отдалённые места Сибири?
— Посмотрим, насколько отдалённые.