Третья была кабинетом самого Лебедева. Стол, три стула, шкаф, вместо сейфа — кованый сундук, обвязанный верёвкой с сургучной печатью. На гвозде у окна висел «регент», очень старой модели, с треснувшей оправой.

— Максим Максимович — не выдержал я. — А где ваши люди?

— Так вот, — Лебедев развёл руками, обозначив Капитона Евграфовича и Ерофеича за стеной, — весь наличный состав. По штатному расписанию положено ещё два следователя, но должности вакантны последние пять лет.

Он сел за стол и вытащил из ящика папку в картонном переплёте.

— Не угодно ли полюбопытствовать? Каждый месяц шлю рапорты о необходимости доукомплектования штата и потребных средствах. И на каждый получаю отписку: отказать ввиду отсутствия надобности и бюджетных средств. Область у нас, изволите видеть, спокойная, магических происшествий по отчётам малое количество.

— А на деле?

— А на деле, Михаил Дмитриевич, происшествий в отчётах мало, потому как фиксировать их, не говоря уже о расследовании, некому, — с обидой в голосе сказал Лебедев. — Я один, ног у меня две, а область — от Голодной степи до бухарской границы. Что сам успеваю, то в отчёты и попадает. А я уже не мальчик, здоровье не то, чтобы объять такую громаду.

Лебедев вздохнул и убрал папку.

— По мере сил стараюсь вести агентурную работу. Если внимательно слушать, что говорит базар, можно многое узнать о происходящем. Вот только в дело слухи не подошьёшь, к несчастью.

«Знаешь, Миша, к Лебедеву стоит приглядеться и воспользоваться его связями для поиска нефрита. А вот к главному управлению у меня всё больше вопросов».

«Не торопись с выводами, мы здесь первый день».

«Никуда я не тороплюсь. По Лебедеву сразу видно, что честный служака. Такие не воруют, а честно тянут лямку, пока не помрут в этом самом кресле».

Я разложил перед Лебедевым командировочные бумаги: предписание, программу испытаний новейших боевых заклятий, требование о выделении полигона. Старик читал внимательно, шевеля губами, и с каждой строчкой лицо его светлело.

— Полигон есть! — обрадовался он. — Бывшее артиллерийское стрельбище за городом. Ныне заброшено, но по бумагам числится за военным ведомством. Я договорюсь, чтобы нам его выделили в пользование. Думаю, день-другой это займёт.

— Очень хорошо. — Я кивнул. — А сегодня хотелось бы осмотреться в городе.

— Непременно осмотритесь! И начните с базара, Михаил Дмитриевич. Кто не видел самаркандского базара, тот города не видел. Опять же, достопримечательности здесь чудесные. Хотите, набросаю вам список самых интересных?

Захребетник внимательно слушал наш разговор, в какой-то момент перехватил управление и спросил, будто бы между делом: