— Н-да, — только и сказал я.
«Ну вот, Миша, — загоготал Захребетник. — А ты Овечкина на службу брать не хотел! Цаплин, вон, некроманта — и того к делу пристроил. У нас ничего не пропадает!»
Глава 10 Проклятый старый дом
— А вот тебе и ещё одно подтверждение, что мальчишка сказал правду, — проговорил я, когда мы прибыли на место преступления.
Здесь ничего не изменилось. Та же грязь, те же обшарпанные стены и слежавшийся мусор. У дальней стены что-то белело. Подойдя ближе, я увидел затоптанные в землю ромашки.
Сердце кольнуло. Я стиснул зубы. Постарался отогнать от себя воспоминание о том, с каким отчаянием бросился к нам Чернов. Эмоции сейчас — лишнее. Сейчас надо сосредоточиться на деле.
— Крови действительно почти нет. Патологоанатом прав: при тех ранах, которые нанесли девушке, её должно быть гораздо больше.
Ловчинский приподнял брови:
— Хочешь сказать, что её убили не здесь?
— Вероятнее всего. Хотел бы я знать, что за нечисть к этому руку приложила!
Ловчинский покачал головой.
— Не спеши судить, Миша. Велика вероятность, что первое решение было верным, и эта нечисть сейчас сидит у нас в подвале.
— То есть ты Чернову не поверил? Ты думаешь, он врёт?
Ловчинский вздохнул.
— Ох, Миша… Пойми: как бы ни был Чернов похож на нас с тобой, он всё же не человек. Он оборотень. А что происходит с оборотнями, когда перекидываются, — на этот вопрос самые лучшие из них, самые зрелые и здравомыслящие ответить не могут. Просто потому, что не помнят, они в этот момент в другое существо превращаются. А Чернов — пацан зелёный. Он может самым искренним образом верить в то, что говорит правду. А на деле — отшила его девка, он взбесился, перекинулся и её разорвал. Когда пришёл в себя, увидел, что над телом сидит. В башке с горя щёлкнуло, и он просто забыл, что перекидывался. Вот тебе и вся история. Старая как мир, ничего нового.
Я покачал головой:
— Не сходится. Если бы Чернов Свонкину разорвал, в крови тут было бы всё. Земля, стены, сам оборотень, в конце концов! А у него только руки запачканы были, и то несильно. И здесь крови почти нет.
— Ну вот это главная загвоздка, согласен, — буркнул Ловчинский. — И зацепиться не за что. Магические следы убийцы, получается — только те, что на теле Свонкиной. Здесь если и было что-то, сейчас уже ничего не осталось.
— Значит, зацепки искать надо не здесь, — подвёл итог я. — Давай начнём с мотива. Почему убили Свонкину? Твою версию — убил Чернов на почве ревности — пока отложим. Грабёж тоже исключается, брать у неё нечего. Остаётся кто-то, преследовавший цели, для нас пока не очевидные. Но я думаю, что убийца девушку знал.