Ещё за тысячу крон Тереза помогла ему с переводом, когда он обзванивал городские таксомоторные компании. В Праге издавна соседствовали два языка — чешский и немецкий, — но лишь немногие местные свободно владели немецким. К вечеру у Хогарта был список поездок, хотя Хельмуту Расту он обошёлся в кругленькую сумму.

За ранним ужином в ресторане богемской кухни «У паука» напротив отеля Хогарт перелистывал страницы компьютерной распечатки. В этот час зал был ещё почти пуст, и в одинокой нише, при свечах, он мог разложить бумаги, не привлекая внимания.

Он просмотрел список такси: двенадцать поездок. Особенно деятельной эту женщину назвать было нельзя. Поскольку никто никогда не видел, чтобы Сендлинг говорила по телефону, такси она, должно быть, каждый раз вызывала из номера — по мобильному. Двенадцать раз её забирали от отеля. Одиннадцать оплат наличными, одна-единственная — кредитной картой.

Хогарт отыскал пункты назначения на карте города. Четыре раза — Национальная галерея. Дважды — район вилл у Пражского Града. По одному разу — оперативный центр пожарной охраны, криминальная полиция, химическая лаборатория и австрийское посольство; вероятно, она пыталась выяснить, кто отвечает за какую бюрократическую волокиту.

В день отъезда, примерно в то же время, когда Сендлинг оставила сообщение на автоответчике в офисе Medeen & Lloyd, за ней приехало такси для поездки в сторону аэропорта. Не в аэропорт — только в ту сторону. Примерно в девяти километрах от центра поездка закончилась на Пивонковой улице.

Хогарт нашёл это место только у самого края городской карты. Так далеко от центра не было ничего, кроме пашни и просёлочных дорог, и всё же Сендлинг, должно быть, что-то искала именно там. Там же она и исчезла.

Ещё одна деталь не давала ему покоя: поездка, за которую Сендлинг расплатилась кредитной картой. Такси отвезло её в узкий переулок к югу от Йозефова, между берегом Влтавы и Старым городом, неподалёку от отеля, — на Бернардигассе.

Почему именно эту поездку она оплатила картой? Уж точно не потому, что у неё кончились наличные: на следующий вечер за такси в сторону аэропорта она расплатилась купюрами. Возможно, хотела зафиксировать этот маршрут — оставить, так сказать, свидетельство для потомков. Быть может, это был её способ прятать сообщения в батарейном отсеке пульта.

Так или иначе, теперь у него было два места, где имело смысл продолжить поиски: Пивонкова улица за городом и Бернардигассе у Йозефова.

В это время года по вечерам быстро холодало. К тому же от Влтавы тянуло влажным ветром. Засунув руки в карманы пальто, Хогарт вышел из отеля и через Старый город направился к Бернардигассе.