Тотчас вспыхнул горячий спор по-чешски. Ондрей накинулся на приятеля: зачем тот притащил этот мусор в ресторан. В ответ Йиржи вытащил из кармана брюк маленький чёрный предмет. Увидев, что Йиржи вертит между пальцами, Ондрей умолк.

Обгоревшая деталь была не больше ногтя.

— Это Йиржи нашёл в вазе, — перевела Ивона, но Хогарт уже всё понял.

Хотя от жара вещица сплавилась в комок металла и пластика, из которого торчал обугленный провод, Хогарт узнал, чем она была прежде. Он взял комок из руки Йиржи и сжал между пальцами. Слой сажи осыпался, и под ним показалась серебристая поверхность.

— Литиевая батарейка, — пробормотал Хогарт. — Похоже на самодельный направленный микрофон для беспроводной передачи.

— Жучок? — спросила Ивона.

— Кто-то прослушивал ваш дом.

Йиржи, который ничего из этого не понял, взволнованно затараторил. Он всё ещё стоял у стола, и Ондрей втянул его к себе на скамью.

Пока Ивона и оба мужчины продолжали спорить по-чешски, Хогарт следовал за собственными мыслями. Чем дольше он смотрел на оплавленный микрофон, тем муторнее становилось. У кого-то должна была быть серьёзная причина прослушивать Ивону.

К нему самому это не могло иметь отношения: он познакомился с ней всего за несколько часов до поджога. Никто не мог знать, что он зайдёт к ней в дом.

Разговор за столом становился всё громче, и тут Хогарту пришло в голову: возможно, покушение было направлено вовсе не на него, а на Ивону. Прежде такая мысль ему даже не приходила.

Может, кто-то хотел преподать частной сыщице урок, а он просто оказался не в том месте не в то время.

Если он прав, последствия выходили роковыми. Значит, последние два дня он упрямо нёсся по совершенно ложному следу. И всё же в него стреляли. Рана в плече была лучшим доказательством.

Машинально Хогарт обшарил карманы пиджака, но они были пусты. Ему срочно нужна была сигарета, иначе он сойдёт с ума. Что-то здесь не сходилось.

Как в трансе он поднялся и пошёл к вешалке. Вытащил из кармана пальто новую пачку «Stuyvesant». Когда он жадно втянул дым, мысли стали яснее.

Глядя на своё подпалённое пальто, он пытался сосредоточиться на деле. Ткань воняла так, будто неделями провисела в коптильне. К счастью, пулевого отверстия в ней не было.

Пулевого отверстия не было.

Вот он, ключ.

В памяти Хогарт заново пережил последние мгновения перед выстрелом. Ивона натянула на голову пальто верблюжьего цвета и бросилась из дома сквозь пламя. Он последовал за ней, прикрывая лицо папкой; секунды спустя пуля попала в него.

Убийца должен был их перепутать.

Если это правда, поджог вообще не имел отношения ни к нему, ни к Александре Сендлинг, ни к страховому делу.