Ондрей ковырял вилкой морепродукты и рассказывал, что удалось выяснить о Яне Прикопе. Портье работал в Национальной галерее уже больше тридцати лет. Как Хогарт и предполагал, через год ему предстояло выйти на пенсию.

Прикопа жил один, в каморке под крышей на Бернардигассе, но платил алименты бывшей жене. Его взрослая дочь, которую он не видел с самого развода пятнадцать лет назад, жила в Дрваловице, примерно в четырёх часах езды от Праги. В полицейском деле Прикопы судимостей не числилось.

Раз в месяц его видели в «Papousek»: там он неизменно навещал одну и ту же женщину — некую Клеопатру Манеску из Румынии. Кроме того, он ходил на рысистый ипподром, но редко ставил больше двухсот крон.

Самым многообещающим пунктом Хогарту казалась карточная страсть Прикопы. Раз в неделю тот играл в тарок с мужской компанией в «Грдличке». В отличие от ставок на лошадей, там речь шла о крупных суммах, и, как выяснил Ондрей, Прикопа задолжал влиятельным людям тридцать тысяч крон.

Сумма немалая. Но достаточно ли этого для поджога, кражи картины и убийства? С другой стороны, Хогарту доводилось сталкиваться с преступлениями и куда более странными. В иных венских квартирах стариков закалывали из-за суммы меньше ста евро.

Но здесь инстинкт подсказывал ему другое. Он почему-то не верил, что неприметный портье с тюленьими усами способен на убийство.

И всё же — что искала Сендлинг на Бернардигассе?

— Когда в галерее начался пожар, Прикопа, конечно, был на службе, — сообщил Ондрей. — Зато парочка шлюх подтвердит, что в тот вечер, когда сгорел дом Ивоны, он довольно пьяный заночевал в «Papousek».

Под столом Хогарт сжал руку в кулак. До сих пор он оттягивал звонок Кольшмиду. Но в ближайший час придётся объявиться: обратный рейс был забронирован на 21:55.

— Давайте сосредоточимся на Греко. Что вы о нём выяснили?

Ондрей пожал плечами.

— Ничего.

— Ничего?

— Я же сказал.

По словам Ондрея, между королём Праги и Национальной галереей не было никакой связи. Впрочем, даже если бы Ондрей знал о Греко что-нибудь компрометирующее, Хогарт сомневался, что великан ему это расскажет. В конце концов, своё маленькое предприятие с игровыми автоматами он держал под покровительством Греко.

— В оба вечера, когда были поджоги, Греко сидел дома у дочери. А когда исчезла твоя коллега — был в опере. Пуччини или что-то вроде того.

— И что это доказывает? — возразил Хогарт. — Греко всё равно не стал бы пачкать руки сам. Для таких поручений у него есть люди вроде Димитри.

— Верно. Димитри, эта скользкая сволочь, проворачивает много тёмных делишек. О некоторых Греко даже не знает.