Он спустился по мраморным ступеням прямо с ней на руках, и вода сомкнулась над ними, обжигающая, ласкающая, освобождающая. Алисия вскрикнула от восторга.
- Ты с ума сошел! - засмеялась она, пытаясь отстраниться, но он держал ее крепко.
- Конечно, - согласился он. - И тебе предстоит сумасшедшая ночь, дорогая графиня!
Он поцеловал ее, пахнущую розами и лавандой, и она забыла, где находится.
- У нас есть еще время, - сказал Джейкоб.
- Сколько? - спросила Алисия.
- Вся ночь до утра, - ответил он. - И вся жизнь.
Она улыбнулась и придвинулась ближе.
- Тогда не будем терять ни минуты, - прошептала она…
Утром их разбудил деликатный стук в дверь.
- Ваша светлость, ваше сиятельство, - раздался голос управляющего, - завтрак подан. Карета будет подана к полудню.
Джейкоб вздохнул, открыл глаза и увидел Алисию - она уже сидела в постели, поджав ноги, закутавшись в белую простыню, и смотрела на него с той самой улыбкой, ради которой он готов был свернуть горы.
- Доброе утро, ваша светлость, - сказала она.
- Доброе утро, графиня, - ответил он.
Они завтракали в малой столовой - комнате, выходившей окнами на королевский дворец, который возвышался на другом конце города, белый, как облако, с золотыми шпилями, уходящими в небо.
- Красивый, - сказала Алисия, глядя на него.
- И опасный, - поправил Джейкоб. - Как и все, что связано с властью.
- Знаю, - она вздохнула. - Просто... страшно. Вдруг король не поверит? Вдруг капеллан откажется? Вдруг проклятие...
- Не думай об этом, - перебил он. - Думай о сегодняшнем. О том, что мы вместе.
После завтрака целая вереница слуг помогла им одеться в лучшие наряды, которые нашлись во дворце: Джейкоб - в темно-синий сюртук с серебряным шитьем, расшитый лилиями д'Орсоли, Алисия - в платье цвета слоновой кости, с длинными кружевными рукавами и струящейся юбкой. Волосы ее были уложены в высокую прическу, украшенную жемчугом, и когда она посмотрела в зеркало, то не сразу узнала себя, настолько она была хороша.
Карета ждала их у ворот - черная, с гербом д'Орсоли на дверцах, запряженная шестеркой белых лошадей. Лакеи в ливреях замерли по бокам, готовые сопровождать своих господ в королевский дворец.
- Готова? - спросил Джейкоб, подавая Алисии руку.
- Готова, - ответила она, вкладывая свою ладонь в его.
Они сели в карету, и она тронулась с места, мягко покачиваясь на мостовой. Алисия смотрела в окно на проплывающий мимо Лор - старые дома, узкие улочки, цветочные лавки, шумные площади, - и думала о том, что было бы, если бы ее жизнь сложилась иначе.
Но тогда бы не было этого момента.