Вот только сначала нужно справиться с оперуполномоченным.
Я уже давно не находился за тем деревом, за которым укрылся в самом начале. Чуть пригнувшись, скрываясь за кустами и буреломом, я обошел пространство кругом, и вышел в той части звериной тропы, откуда мы пришли. Но капитана не увидел, он где-то затаился и выжидал свою жертву, как матерый охотник ждет пришествие зверя.
Вот только я не олень и не кабан, и на каждый трюк охотника сумею противопоставить свои уловки.
Подхватив с земли увесистую палку, я смещался от дерева к дереву, пытаясь вычислить, где именно спрятался Иванов. В какой-то момент мне показалось, что одна из веток легко шелохнулась.
Я тут же швырнул палку, целясь в соседние кусты.
Хитрость сработала. Капитан выскочил из засады и двумя короткими очередями расстрелял кустарник. Только меня там не было.
Зато он оказался передо мной, как на ладони. С такого расстояния не промахиваются. Убить гниду — таково было первое мое желание!
Но я передумал в последнее мгновение и выстрелил ему в правое плечо. Автомат выпал из его рук, Иванов непроизвольно зажал раненное плечо другой рукой и громко ахнул от неожиданности и боли.
Я вышел на видное место и ухмыльнулся:
— Вы хотели меня видеть, товарищ оперуполномоченный капитан контрразведки? Так вот он — я!
— Не совершай ошибки, Буров, — капитан и не пытался вновь схватиться за автомат, понимая, что я пристрелю его раньше, чем он успеет хоть что-то сделать. Все, что ему оставалось, это пытаться меня убедить словесно, заболтать, а в этом он ничем не отличался от давешних урок. — Тебе никто не поверит! Все видели, что мы ушли вместе, и если ты вернешься один, придется отвечать, и за меня, и за Зыкина… ты же простой танкист, обычный лейтенант, а я капитан СМЕРШа! Чувствуешь разницу? Да тебя раскатают, как блин на сковороде! Лучше давай договоримся и решим все полюбовно…
— Снять ремень, стянуть руки за спиной! — будничным тоном сказал я.
— Лейтенант!
— Не лейтенант, а Герой Советского Союза, кавалер ордена Ленина, медали «Золотая Звезда» и ордена «Красного Знамени». А еще у меня есть пистолет, подаренный лично Лаврентием Павловичем Берия. С дарственной гравировкой! А еще два свидетеля, которые, надеюсь. доживут до дачи показаний. Так кому, говорите, поверят в первую очередь: вам или мне?..
Иванов выслушал все это с ошарашенным лицом. После одной рукой стянул ремень, в мгновение ока превратившись из бравого капитана в обыкновенного преступника.
Потом посмотрел на меня и негромко сказал:
— Ну и сволочь ты, танкист…
Глава 18
Едва мы вышли из леса, как нас тут же заметили часовые. Меня узнали — я уже давно стал местной знаменитостью, и тут же доложили комроты и комбригу. Иванов шел тяжело, баюкая раненное плечо, а я двигался легкой упругой походкой, насвистывая веселый мотив.