Внутри было тесновато для такой толпы, но мы надеялись, что вскоре все разрешится тем или иным образом.
Адреналин постепенно уходил из организма, сердце уже не стучало, как бешеное, и люди вокруг мрачнели, представляя, что бывает за подобные проступки. Как говорится, это полный залет!
Я был человеком опытным и прекрасно понимал, еще до того, как залез в полуторку, чем все в итоге кончится, но не поехать вместе с остальными просто не мог. И вовсе не из-за того, чтобы показать остальным свою храбрость — все это глупости, а как сказал Арчуадзе — из-за правды.
Летчики допустили ошибку — по своей вине или по чужой, для нас не важно. Погибли люди. Набить за такое морду — самое малое, что можно было сделать.
Или, если сформулировать чуть иначе, — пустить все на самотек было нельзя. А дальше, будь что будет. Хоть трава не расти.
Никто не болтал между собой, танкисты молча курили — махорку у нас не забрали, и вскоре в палатке было не продохнуть от густого табачного дыма.
Минут через сорок за нами пришли. Полог палатки откинулся и внутрь заглянул все тот же бритый капитан. Выражение его лица за прошедшее время не поменялось. Казалось, он даже еще больше построжел.
Капитан оглядел всех собравшихся и коротко бросил:
— На выход по одному, строиться в две шеренги!
Глава 6
Когда мы вышли на улицу, уже смеркалось. Мы встали, как было сказано, в две шеренги, и ждали, чем все кончится. Напротив нас так же в две шеренги выстроились летчики и техники, участвовавшие в драке. Лица у них были потрепанные, но и с нашей стороны все было абсолютно также. Боевая ничья.
Бритый капитан занял позицию в нескольких шагах слева, как бы дистанцируясь от всего происходящего. Он тоже чего-то ожидал… точнее, кого-то — понял я, когда увидел, как к нам стремительным шагом приближаются двое.
Первого я прекрасно знал — это был командир нашей 244-й Челябинской танковой бригады, полковник Коновалов, Василий Иванович. Вот значит как — бросил все дела и лично примчался на место происшествия. Второй был в звании подполковника — судя по всему, комендант аэродрома.
Коновалов был мужик опытный и тертый, еще в 17-м году служил рядовым в Русской Императорской Армии, потом начал свой путь и в Красной Армии. Июнь 1941 года встретил в должности начальника отделения боевой подготовки АБТО 13-й армии. Воевал на нескольких фронтах, участвовал в Смоленском сражении, и не так давно, лишь в мае, был назначен нашим командиром. Собственно, поэтому я довольно неплохо знал его биографию — о начальстве бойцы между собой сплетничали ничуть не меньше, чем подружки о мужчинах.