— Говори! Быстро! Кто послал? Кого ждали?

— Любого, кто придет к ячейке, — он и не думал отпираться. — Приказ был взять живым!

Думай-думай-думай! Получается, что пленку я отдал прямо в руки врагам, а на выходе меня собирались схватить. Но не силами же одного человека?

Я резко развернулся, чуть припав к телу моего соперника — как раз вовремя. Еще трое вбегали в подворотню. Пистолет уже был в моей руке. Прикрывшись телом, как щитом, я открыл беглый огонь.

Стрелять я умел и обычно не мазал. Двое упали еще на бегу, третий успел укрыться за штабелями ящиков и начал стрелять в ответ. Причем, попал. Вот только не в меня, а в мой «бронежилет». Мужчина дернулся и осел в моих руках.

Шайзе!

Позиция для стрельбы у меня была самая отвратительная — весь на виду. Любой мало-мальски грамотный стрелок снял бы меня на раз-два. Но последний противник поверил, что уже победил, высунулся из-за досок и тут же нарвался на мои пули. Две в корпус, одна в голову. Готов.

Все произошло настолько стремительно, что вокруг даже не успела начаться паника. Не звучали сирены, не кричали люди.

И я должен был этим воспользоваться.

Пленка!

Я не мог ее оставить в чужих руках. Сейчас, когда стало очевидно, что ячейка ненадежна, лучше было забрать ее себе.

Обшарив карманы того, с кем я успел поговорить, и не найдя там ровным счетом ничего, я пришел к выводу, что пленка еще на почте. Видно, группе захвата дали знак, что брать нужно вот того человека, и не более…

Быстро покинув подворотню, я вернулся в здание Главпочтамта, подошел к ящику и вновь открыл его ключом.

Пусто!

Твою ж налево, да с переворотом! Так я и думал! Содержимое успели изъять, но кто?

Оставив ящик открытым, я в три шага вошел в основной зал. За стойкой стояли две девушки, к которым вела короткая очередь из посетителей. Я проигнорировал людей, подошел к ближайшей работнице и спросил:

— Кто забрал содержимое ячейки? Отвечай!

Для наглядности продемонстрировал пистолет, и она мне тут же жестом указала на дверцу за ее спиной. Понятно, секретная комната.

Вокруг завизжали женщины, но я даже не повернул головы.

Подойдя к двери, я ногой выбил дверь, тут же заглянув внутрь.

Крохотная комнатушка, в которой царствовал мужчина в пенсне. Вокруг валялись сотни распечатанных писем. Мужчина как раз пытался на свет рассмотреть содержимое моей пленки.

Я впечатал его в противоположную стену, подхватил микропленку, аккуратно свернул ее и сунул в футляр.

Дознатчик вырубился, ударившись головой, но он был мне не нужен.

Я выскочил в общий зал — там уже было пусто. Клиенты сбежали, работницы тоже.