Он навис над пультом, чтобы лучше видеть надписи на кнопках. Закусил губу.

Пот заливал глаза и капал с лица прямо на интерактивный пластик так, что пальцы скользили. А вот спина осталась сухая. Компрессионная форма впитывала влагу, как губка. Похоже, она и вправду ею питалась.

Огр пытался что-то советовать, но лучше б просто молчал. И без него было тошно. Денис хотя бы понимал, что примерно делать. А лоцман просто идеи идиотские генерировал.

Выпустив из ангара последний катер, ватажник рухнул грудью на пульт, чтобы лучше видеть смотровое окошко, и уставился вниз, туда, где Настя обнималась с парнем в компрессионке.

— Да ладно, ты это… — сказал Огр. — Вниз пошли. Глянуть надо, что за мужик. Может, морду ему потом набьёшь, что ли?

Вниз они спускались по всё той же залитой кровью лестнице, но Денис уже притерпелся к вони.

— А ты — молоток, — сказал Огр. — Я-то первый раз блеванул, когда зарубил вот такого, зелёного.

Лоцман изловчился и пнул тело боевика так, чтобы не запачкать ботинок.

Он был в приподнятом состоянии. Удачный бой да пол-литра — что ещё человеку надо?

Денис его не слушал. Потому что лестница кончилась, малая дверь открылась, и он с обалдением уставился в обширное ангарное нутро.

Там постепенно оживала жизнь. Алайцы, конечно, пытались выпереть всех лишних из ангара, но кто-то швартовался уже в процессе зарубы, а кто-то решил посмотреть, кого тут взялись караулить ящерицы, и заныкался втихаря.

Теперь все, кто попрятался, повылазили. Денис удивился, сколько, оказывается, народу сидело между боксами и под узловыми блоками траволаторов и автопогрузчиков.

И ведь ни один не выскочил, когда с потолка посыпалась всякая дрянь. Те, кто прилетает на Карусель — хоть из Союза, хоть из экзотско-имперских земель — парни не самые нервные.

Дерен заметил ватажника и махнул ему рукой.

Денис нашёл глазами Настю с её имперцем, поморщился и сделал вид, что не узнал девушку. Подошёл, отвернул морду, сообщил Дерену, что задание выполнено.

Двуличная Настя радостно завизжала и бросилась ему на шею, предательница. Денис не стал ей ничего говорить, хоть сердце и заколотилось.

— А ты тут как оказался, Чингачгук? — тараторила Настя. — А мы сбежали из карцера. Вот с ним, с Себом! Ты знаешь, какой он крутой?

Денис молчал и терпел её касания, запах. Ему очень хотелось дать в морду этому «Себу», который улыбался безо всякой ревности и был уверен в себе, как бревно. А ещё хотелось — спросить Дерена, что всё-таки творилось с куполом? Сам он его разнёс или был ещё какой-то секрет?

Пока Денис разрывался между двумя противоположными желаниями, в ангар ввалился сводный отряд обороны Лагуны, следивший тут за порядком. Два десятка крепких парней.