Дерен даже растерялся на миг. Он не ожидал, что местные начнут шутить про Империю. Хотя он отмечал уже для себя, что если Настя принимала всё имперское в штыки, то Денис, имеющий опыт торговли на пограничных территориях, был настроен «к мутантам» гораздо спокойнее. А Шервуд и руководители фонда приняли чужака «с другой стороны границы», в общем-то, даже по-дружески.

Гриша, скорее всего, вообще не пытался задеть Дерена. Он просто шутил так, как тут было принято. И сам же заткнулся. Сообразил, что в компании гостя шутка вышла уж больно скользкой.

Другой вопрос: откуда такая свобода мышления? С чего вдруг этот, похожий на вайшуга, мужик понимает, где он имеет дело с реальностью, а где — с пропагандой?

Империя должна быть для него монстром, а не жадной акулой, вроде таких же своих акул. И вовсе не шутка его смутила, а то, как может отреагировать на неё незваный гость. Хватит ли у него ума рассмеяться?

Смеяться Дерен не стал.

— А как вышло, что Империя взялась охранять от вас галактику? — в лоб спросил он, переводя взгляд с одного напряжённого лица на другое.

Исходя из всего своего обучения и конспирологии, как науки, Дерен знал, что задавать такого вопроса не следовало ни при каких обстоятельствах. Физических.

Но сейчас он был ведом линиями паутины. А уж идиотом — тем более никогда не боялся показаться.

Что ему до мнения людей с «другой стороны границы»?

Ну, подумают они, что гость — недоумок и ничего не знает про то, что кажется им понятным и естественным. Что из того?

Имперец не знает, почему имперский Архат сторожит границы с «варварами»? Больной он, что ли?

Поверят ли «варвары», что в школах Империи не зубрят списки прегрешений коварных пиратов, наркоторговцев и рабовладельцев? А если зубрят, то к чему этот вопрос?

Дерен ждал ответа.

Паутина звенела от напряжения, словно бы маленькая комната попала в самый центр переплетения её остро натянутых линий.

Гриша отреагировал первым. Он фыркнул, сочтя вопрос за ответную шутку. А вот его молчаливый «родственник», Михаил, мрачно нахмурился. Его огромные кулаки сжались.

— Думаю, у вас не было вариантов, — невозмутимо сказал Дмитрий Сергеевич. — Уж больно мы разные.

Гриша с улыбкой развёл ручищами, подтверждая. Но Михаил глаз не поднял — уставился в стол и сопел, шумно выдыхая бедный кислородом воздух Матицы.

— А у вас варианты были? — спросил Дерен.

Дмитрий Сергеевич посмотрел на чужака-имперца прицельно:

— Ты полагаешь, что договор о ненападении скоро переиграют? — уточнил он.

— А договор был? — парировал Дерен с тем же невозмутимым лицом. — Кто-то видел его вообще?