Нанести удар по ним означало покалечить и девушку. А она ещё, как назло, была в тоненьком комбинезоне безо всякой защиты.

Оценив ситуацию, Бо сделал единственное, что тут вообще можно было сделать. Он подвесил шлюпку над головами алайцев и прыгнул вниз.

Приземлился он ловко, на ноги. Прямо напротив тесной группы боевиков.

Крокодилы окружили Настю плотной толпой и ощетинились ритуальными мечами и гэтами. К ним на подмогу стекались собратья, постепенно беря и своих, и чужака-человека в кольцо.

Бо знал, что в ангаре алайцев не меньше пятидесяти четырёх штук. А может уже и больше.

Он засёк через сеть, как ангар принял ещё один катер.

Тот сел где-то далеко, в одном из крайних боксов. Не будь Бо машиной, он сейчас и шума бы не услышал.

Алайцы не обратили на катер никакого внимания, а значит, их навигатор — Бо знал, что узел управления тоже контролируют зелёные боевики — угрозы в нём не углядел.

Как бы это не помощь к ним подвалила…

— Себ, брось меня! — взвизгнула Настя. В её голосе была боль. — Улетай! Пожалуйста!

У её горла, по бокам и сзади блестели алайские ритуальные мечи.

— Отдайте девушку, — сказал Бо.

— Не мешай, чужак! — Вперёд вышел один из алайцев, на редкость бедно одетый и без ритуального чехла на остром детородном отростке внизу живота.

По базе он опознавался как главарь, Карадан Хикс, но где причитающиеся ему регалии?

— Отдайте девушку, — спокойно и размеренно повторил Бо. Он просто забыл добавить в голос эмоции.

Занят был — просчитывал варианты и не находил решения.

Даже если разлететься на кластеры и оплести Настю живой бронёй — шансы успеть до того, как её зарежут, невелики.

Бо не помнил сейчас, как вообще вышло, что девушка оказалась в алайских лапах.

Память о последних сутках испарилась, ушла. И он с ужасом понимал, что в форме роя его уровень разумности слишком низок. А слишком частые переключения с формы на форму вообще плохо влияют на интеллект, обусловленный сложными схемами сборки нейронных кластеров.

Ситуация складывалась патовая. Бо мог уничтожить многих, наверное, даже всех алайцев, но при этом — шансы спасти Настю были ужасающе низкими. Не более одного процента.

— Уйди, я сказал! — рявкнул главарь. Он узнал шлюпку, но не самого пилота. — Ты — имперский пилот. Мы уважаем Империю! Уйди, иначе убьём и тебя!

Бо знал, что знаков различия на компрессионке нет. Не держатся они на псевдоживой броне. Но и будь на его груди эмблема с надписью «Персефона» — вряд ли это заставило бы алайцев отказаться от своих планов.

Сказать, что кэп отомстит? Но месть — любимое дело тварей. И угрожать смертью алайцам — тоже бессмысленно. Они будут рады погибнуть в бою. Да ещё и вместе с добычей.