— Почему же?
— Лучше спроси у нее. Вы же встретились? Еще не поговорили? Надеюсь, ее отпустили?
— Она никого не убивала.
Матушка согласно кивнула.
— В то время, когда произошло убийство, Мира была у меня, — добавил Владимир. — Она недавно вернулась в столицу. Пришла. Хотела поговорить. А я ее прогнал.
— Бестолочь, — вздохнула матушка.
И стало обидно. Обычно эдакой оценки умственных способностей удостаивался Владислав.
— А мне никто не сказал, что Любаша сбежала от жениха, — язвительно произнес Владимир, выделяя «от». — Кстати, почему?
— Яковлев себя выгораживал. Сейчас не те времена, когда против родительской воли пойти неможно, особенно, если тебя замуж за старика выдают. Его осудили бы. А так… осудили Любашу.
— Мне ты почему не сказала? — скрипнул зубами Владимир.
— А что это изменило бы? — Матушка зябко повела плечами.
— Я искал бы ее. И нашел бы. И все сложилось бы иначе!
— Искал бы? Скорее всего. И твоя жизнь точно сложилась бы иначе. Володя, ты уже не юный мальчик, каким был тогда. И что? — Матушка фыркнула. — Видел бы ты себя со стороны. А тогда? Тебя при одном упоминании имени Любаши трясло. Искал бы… и неизвестно, что нашел. Вот теперь она нашлась. И дальше что? Женишься?
— Не знаю, — честно ответил Владимир. — Если она захочет, женюсь. Ты против?
— Ты волен поступать так, как считаешь нужным, — ответила матушка.
— Она сейчас у меня. Я думал здесь переночевать, но…
Он замолчал. И так сказано достаточно.
— У тебя дома, как обычно, ни крошки, — вздохнула матушка. — Погоди, велю съестного собрать.
— Спасибо, мама. И, может, платье какое…
— Наглая бестолочь. — Матушка подвела итог их беседе.
Может, и так. Но муками совести Владимир страдать не намерен. Матушка на его стороне, этого достаточно. Если отцу не по нраву его выбор придется, можно и уехать. Деньги есть, а артефакторы везде нужны.
Мира куталась в халат и переминалась с ноги на ногу. Зря он, наверное, с требованиями поспешил. Не накормил, не обогрел.
— Переоденешься? — спросил Владимир мягче. — Или сначала поешь, а после…
— Х-холодно, — призналась Мира.
Странно. В квартире тепло.
— Тогда… там.
Она кивнула и ушла в комнату. Владимир едва сдержался, чтобы не пойти следом. И запоздало подумал, что Мире, наверняка, неприятно надевать платье с чужого плеча.
— Володя! — позвала она из комнаты чуть позже. И попросила, когда Владимир подошел: — Помоги, пожалуйста.
Платье застегивалось сзади.
— Ты… прости… — пробормотал Владимир, едва справляясь с крохотными пуговками. — Завтра съездим, заберем твои платья.
Мира повернула голову, недоуменно взглянула на него через плечо. И, кажется, поняла.