— Они будут расследовать смерть священника и наткнутся на улику — проломленную грудину. Будут искать именно культиватора, Райс, культиватора-бойца. Надо очень хорошо подумать, стоит ли оставаться в Лозингаре и мстить за пущенный арбалетный болт.

— Ты хочешь, чтобы виновные ушли от ответственности? — бросил я, прекрасно понимая, что Зэр говорит о другом.

— Я хочу, чтобы ты наконец-то достал для меня меч Серафима, не подвергая всю нашу миссию опасности.

— У меня есть маска, есть документы и есть ты. У тебя ведь есть план, чтобы не бежать, а разобраться со всем этим в стиле древних культиваторов?

— Сколько крови ты готов пролить ради мести? — неожиданно спросил он.

Я задумался, но ответ пришёл сам собой:

— Она всё равно прольется, когда меч будет у нас, потому, как я понял, Тёмный мир не сбросит ярма светломирцев.

— Не сбросит. Но начать стоит с того, чтобы исчезнуть для официального Лозингара насовсем.

— Лара не согласится. — предположил я.

— А я так опишу ей перспективы ее несогласия, что арбалетный болт в груди покажется меньшим из зол. — будто вслух подумал император.

Я понял, что Зэр не сомневается в своих ораторских способностях, а значит, снова надо будет бежать.

Когда я добрался до «Веселого Корчмаря», фонарщик уже тушил уличные настенные лампы, а солнце начинало медленно заливать мир светом. Дверь в таверну была не заперта. Меня тут же встретили облегчённые возгласы, Эйвин и еще шестеро ребят сидели, сдвинув столики, прямо напротив солдат Зэра.

— Хах, мастер Бенджи, вы живой⁈ — подскочил ко мне Эйвин.

Солдаты императора встали, как по команде.

— Да живой, живой. Как там Тулле? — спросил я, прерывая ученика, чтобы избавиться от ненужных сейчас вопросов.

— Тулле молодец. Я и не думал, что можно выжить после прямого попадания болта. Но лекарь она от бога.

— Нет никаких богов, Эйвин, есть только смерть…

Я хотел было еще добавить: «и сферы», но решил не забивать парню голову.

— Вы догнали его? — продолжал Эйвин. — Того, кто стрелял⁈

Я распахнул плащ, показав окровавленные и поджаренные портупеи, и ученик изменился в лице:

— Это же цвета Змееголовых! Мастер Бенджи, где вы перешли им дорогу?

— Гильдия лекарей, Эйвин… — устало пояснил я, собираясь подниматься наверх.

— Значит, мы правильно пришли. А тут уже эти сидят, — Эй кивнул на солдат Зэра. — Они сказали, что охраняют, ну и мы сели охранять.

Старший солдат подошёл ко мне и протянул мою же записку.

— Ты не отдал? — удивился я.

— Времени не было, мастер Бенджи! — отрапортовал он.

— Сам отдашь своё письмо самоубийцы, — хохотнул у меня в голове Зэр, и я понял, что это был его приказ. — Ты ж вернулся живым!