— Выберемся — поспрашиваю. Но, наверное, у тебя и без него множество врагов? — спросил я и вдруг догадался по несвязности последней фразы, что у Ящера начался бредовый жар. Я снова взял его под локоть. Не мог же я снова принести лекарю труп, совсем недавно пообещав обратное.
Глава 28 Компромиссы?
Когда я в третий раз увидел лекаря, работающего даже под ливнем, в горле застрял ком. Неожиданно для себя я осознал, что ничего о нём не знаю, кроме того что он словно был мужским отражением Лары, возможно, её отцом или на худой конец далеким предком. Я не знал о нём ничего, начиная от банального имени и заканчивая причинами, по которым он помогает всем этим людям, окружавшим его на холме скорби. Кто он — зверь сферы, отражение искры Лары, ее отзеркаленное желание тащить всё на себе или что-то большее?..
На сей раз я не остался незамеченным. Лекарь будто почувствовал наше приближение и обернулся, всматриваясь сквозь водяную завесу в меня и едва живого Ящера, не падающего на мокрую траву лишь потому, что я продолжал его поддерживать.
— Спасибо, что держишь слово и в этот раз доставил мне не труп, — произнес лекарь вместо приветствия. По его светлым, прилипшим ко лбу волосам стекали струи, белые одежды висели на плечах мокрой мешковиной.
— Он станет таковым, если ты не поможешь ему, — отозвался я. — У него в крови — некросубстанция, превращающая его в ходячего мертвеца.
— Оглянись, Райс Бабуин Бенджи Зиннал Кровавый. — При этих словах над холмом тут же пронесся единый вздох сотен голосов. Меня тут явно знали, и отнюдь не с хорошей стороны. — Это ты принес этим теням боль благодаря своей некромагии.
— Но не я поднимаю мёртвых и не заставляю их жрать всё на своём пути, — ответил я скорее машинально, уже понимая, на что намекает лекарь.
Тени убитых в Лозингаре, словно пчелы на цветок, слетались сюда без надежды на воскрешение. Они просто выбрасывались из тел и, не найдя ничего лучше, каким-то образом попадали сюда. Если бы какой-нибудь культиватор решил пройти испытание этой сферой, он бы провел здесь многие-многие годы, пока не научился лечить все болезни этих несчастных. Хотя они погибли от лап и зубов нежити, при жизни все чем-то болели и нуждались в лечении.
— Слышал? — спросил лекарь. — Они считают тебя виновным в их смерти.
— Возможно, отчасти… — покачал я головой, вспоминая, как впустил некроманта в Тёмный мир. Артефакты, отвечающие за светомагию, дрогнули, охладев и потеряв часть Ци, недвусмысленно намекая, что это именно моя вина.
— Я не стану никого лечить из твоих… — лекарь взглянул на Ящера, — товарищей, пока сюда приходят тени тех, кого убил некромант.